Мы поднялись на просторную площадку под куполообразной крышей. Возле стены стоял длинный мягкий диван. Перед ним — низкий столик на выгнутых ножках и два удобных кресла.

Мерлин поставил поднос на столик.

— Внимание! — торжественно сказал он и нажал кнопку на стене.

Загудели невидимые электромоторы. Половинки купола над нашими головами дрогнули и начали складываться с лёгким скрежетом. В расширяющуюся щель между ними ворвался порыв прохладного ночного ветра.

— Как красиво! — вздохнула баронесса.

Купол сложился, и над нами повисло угольно-чёрное звёздное небо.

Звёзды висели очень близко. Казалось, до них можно дотянуться рукой.

— Присаживайтесь и наслаждайтесь! — сказал Максим Владимирович. — Вы знаете индийскую теорию о лепестках лотоса?

Я покачал головой.

— Никогда не слышал.

— Древние индусы верили, что каждая звезда — это свой отдельный мир. А ещё они считали, что пространство не трёхмерно, а похоже на цветок лотоса. Его лепестки соприкасаются. И если найти место их соприкосновения, то можно перейти из одного мира в другой без всяких космических кораблей и долгих полётов в пустоте.

— Я бы хотела попробовать, — вздохнула Маша. — Ой, смотрите!

Черноту неба пересёк ослепительный росчерк. Он вспыхнул только на одно мгновение и погас.

Затем ещё один.

И ещё.

— Это и есть Персеиды, — улыбнулся Мерлин. — Падающие звёзды.

Не отрывая взгляд от неба, я сделал глоток чая. Горячий, душистый, он пах тропиками и пряностями.

— Спасибо, Костя! — сказала Маша. — И вам спасибо, Максим Владимирович!

Она подошла к краю площадки и опёрлась на перила.

— Осторожнее! — предупредил я.