— Не будем пока поднимать тревогу. Всё же, здесь не секретный объект — шпионам делать нечего. Завтра всё выяснится.

Я понимал правоту Мерлина. Поднять по тревоге училище из-за сказки о Тёмном Проводнике — значит, надолго стать объектом для насмешек.

А тень?

Тень и привидеться могла.

— Что ж, молодые люди! Давайте прощаться. Константин, мне жаль, что мы с вами не успели поговорить. Вы не против того, чтобы ещё как-нибудь заглянуть ко мне?

— С удовольствием, Максим Владимирович! Спасибо за чай!

Мерлин проводил нас с Машей до ворот. Формально я имел право прохода и выхода с территории училища. Но не посреди ночи! А баронесса курсантом училища вообще не являлась — она доучивалась в Магической академии.

Структура одна, но заведения разные.

Махнув нам рукой, Мерлин принялся опрашивать часовых, которые скучали возле ворот.

А мы с Машей сели в её машину, припаркованную на другой стороне улицы.

— Костя, я очень тебя прошу — не сердись на отца!

Маша повернула ключ. Остывший мотор сердито чихнул и завёлся.

— Он хочет для меня только хорошего. Просто не всегда понимает, что не прав.

— Я и не сержусь, — улыбнулся я.

* * *

— Слышали? — возбуждённо спросил утром Гриша Обжорин. — Говорят, сегодня ночью в училище видели Тёмного Проводника!

— А ещё говорят, — с улыбкой добавил Стоцкий, — что Костя приводил сюда очень симпатичную девушку. И ушли они чуть ли не под утро!

— Врут! — зевнул я, потирая красные от недосыпа глаза.

Княжна Соловьёва-Зауральская удивлённо подняла тонкие брови, но ничего не сказала.

Я подавил ещё один зевок и нахмурился.