Хлёсткий удар превратил дворфа в бородатый мячик. Он пролетел шесть метров и ударился об стену, обмяк и завалился набок.

– Калиса! Нет! – я закричал, стоило посмотреть назад.

Сестра мчалась, пригнув голову практически до груди. Второй дворф бежал на неё, занеся топор для горизонтального удара, рассчитывая пробить моей сестрёнке висок! Забыв про меч в лапе, я поднялся, стараясь бросится на помощь. Всё случилось слишком быстро.

Сестра активировала «Рывок» и ещё сильнее пригнула голову. Дворф нанёс удар.

Лезвие топора промчалось над её головой и отрубило половину левого отростка. Потеряв силу удара, топор отскочил от правого, оставив глубокую царапину. В ту же секунду сестра ударилась в деревянный щит, отбросив коротышку.

Он пролетел с десяток метров, упав на спину недалеко от меня, выронил топор и от страха прикрылся щитом. Который я вогнал в его тело, с разбегу прыгнув и приземлившись левой лапой. Кровь фонтаном брызнула изо рта вместе с хрустом костей. Укус, чавкающий звук и с глухим звуком голова дворфа удариться об стену.

– Третий? – крикнул я сестре, бежавшей к выходу.

– Мёртв.

– Улица!

– Да! – Калиса молнией пробежала рядом.

Я поковылял к дворфу, скатившемуся по стене. И для проверки потрогал его повреждённой лапой. Как змея тот резко схватился за неё и воткнул кинжал. Тьма заволокла сознание. Что-то инородное пробило сустав, разорвало связки и разрезало плоть.

Я заорал от боли и отдёрнул лапу. Слабеющие руки дворфа потянулись вслед. Из правой руки выпал кинжал, из левой – мой палец. Я тут же придавил эту бородатую тварь к полу. Он улыбался, давил победную улыбку.

– Ну, сука, улыбайся! Ну! – кричал я вслед отгрызенное голове. – Что, сука, не лыбиться, да? Сучий утырок, я убью тебя, слышишь? Я убью…

Я кричал, стараясь хоть немного заглушить пульсирующую боль в лапе, подпрыгивал и бил хвостом об пол. Помогло. Не сразу, но боль уменьшилась. Я привык к ней, смог адекватно мыслить. Посмотрел в сторону первого дворфа – его тело лежало в трёх метрах от его головы. И поковылял к выходу, подогнув правую лапку к животу.

– Никого, – прозвучал голос сестры. Она парила над плато и выискивала любого, кто мог укрыться за иногда встречающимися валунами.

– Уверена?

– Да. У меня ещё немного маны есть, посмотрю там и вернусь, – сестра головой показала на противоположную от арки сторону.

К сестре я присоединиться не мог: запасы маны были полностью опустошены. А ждать, когда они восполнятся – слишком долго. К тому же, у меня было куда более срочное дело: из правой лапы всё ещё торчал меч, ушедший в плоть практически вместе с рукоятью.