Было решено забрать их с собой и сбросить где-нибудь по пути в горах. Тащить домой смысла нет, а что ещё делать с ними – непонятно. Была ещё одна идея: долететь до порченого леса и сбросить их там. Но нам нельзя подниматься выше ста метров, а там древни с их длинными ветвями. Да и лететь слишком долго.

Подлечив лапы и остановив кровь, мы дождались полного восполнения маны. Калиса взяла в пасть два тела и три головы. Я взял себе оружие и оставшееся тело. Всё это было сброшено в горах, буквально через пару часов после отлёта.

На следующий день, ближе к полудню, мы зашли в нашу пещеру.

– Вас не было десять дней, дети мои. Я волновалась, – раздался мамин голос, когда Калиса захлопала крыльями.

– Мама, спаси Сиала! – сестра кричала с такой интонаций, что бедное материнское сердце могло разорвать на мелкие ошмётки.

– Всё хорошо! – я грозно посмотрел на сестру. – Я цел, всё хорошо. Просто случилась неприятность в тех горах.

– Я сейчас подойду, и вы всё расскажете.

Мама практически сразу пришла к нам. Даже прибежала: её грудь сильно вздымалась от глубоких вдохов. Но стоило Ликуре увидеть наши раны, как она замерла и целую секунду боролась сама с собой, подавляя оцепенение.

Медленно подойдя, она присела на колени и приложила руки рядом с торчащим хрящом, оставшимся от пальца. Потянулась долгая минута, заполненная тишиной. Лишь мама аккуратно поглаживала мне лапу и глубоко дышала, постепенно успокаиваясь. Потом она посмотрела на Калису. Сестра практически сразу подошла к Ликуре, когда та молча подняла руку в привычном месте. Мы втроём молча сидели долго: мама одной рукой гладила мою лапу, а другой – лоб сестры.

– Расскажите, дети мои, как это случилось, – Ликура приготовилась слушать нас внимательно.

И мы рассказали всё: как искали заброшенный город, как изучали каменные картины, как увидели дворфов и как произошла битва. Рассказали, куда дели тела и как избавились от улик в том злосчастном коридоре. Мама надолго задумалась. И вскоре начался разбор полётов с объяснениями, предположениями, просьбами и вопросами.

Первым же делом Ликура пообещала, что палец можно будет отрастить. Моё расовое умение самолечения способно к регенерации, но есть трудности – потерянный палец я буду отращивать практически год, если не больше, ведь отрастить что-то заново сложнее, чем просто залечить рану. На высоких уровнях умение более эффективно, но сейчас оно на втором уровне – а это ничто. Но мне и этого хватило, чтобы успокоиться. Ведь долго отращивать палец – это куда лучше, чем вовсе остаться без него.