— Кому нужен свет? — вынул из кармана мятую кучу пятитысячных купюр.

Не люблю я это дело, но иногда приходится марадёрить по кассам супермаркетов. Зато потом, можно спокойно рассчитываться даже в самом долгом кластере, если, конечно, валюта подойдёт.

Ярик, судя по взгляду проникся, значит подходит.

— Так, куртка камуфляжная, — начал он, деловито разглядывая рваньё. — Есть такой размер и попрочнее твоей будет… и штаны к ней найдутся… Обувка⁉ — глядя на мои ботинки Ярик подвис.

Я, конечно, всё понимаю, размер не маленький, дерьмо элитника возможно прилипло… Но зачем же так долго его рассматривать?

— Постой, это у тебя Рострак что ли?

Я не сразу понял, о чем он, но потом вспомнилось название магазина, в котором обувался.

— Они самые, великоваты малость, поменьше найдёшь?

— Да ты чо? Где я тебе Траки фирменные найду? Если б так просто было, все мои друзья давно бы в них рассекали. А так… На втором этаже есть отдел с пиндскими подделками, но их надолго не хватит, через год разваляться, а эти, — Ярик не сводил с ботинок восхищённого взгляда. — У нас попроще есть! И размер подберу… Может продашь, а? У меня с собой червонец, если мало, сбегаю займу, я быстро!

Вот ведь псих малорослый.

— Да я тебе их так отдам. Только скажи, зачем? Размер видел? — я повертел гигантским ботинком, перед его носом. — Шестидесятый!

— Да я… да мне, да… — от радости начал заговариваться. — С носком двойным надену и нормуль!

Я посмеялся, представив мелкого шкета в огромных ботах.

— Ладно Ярик, пошли переобуваться.

Спустя минут сорок, таскания по всему не маленькому отделу, среди беспокойных рыбаков и охотников, я наконец-то был одет, а новенький рюкзак набит нужными и не очень мелочами.

— Да всё уже, блестят! — почти оттолкнул любителя обувки от своих ног, он решил их воском натереть. — Ну реально неудобно.

— Это тебе подарок от магазина, — Ярик положил на прилавок щётку и баночку со средством ухода. — Если будешь натирать каждый день, ботинки долго прослужат!

Пришлось забрать.

— Ладно псих, спасибо, вот твои почти новые чоботы, — вручил награду.

Тот принял с таким благоговением, будто ему старинную икону подарили, а не пропахшую чужими ногами обувку. Не став более мешать млеющему Ярику, я удалился.