Действовать Озава начала в тот момент, когда время перевалило за ту черту, за которой люди уже с трудом сопротивляются сну. Это относилось к страже, которая должна была увидеть магию во всем своем ужасающем великолепии и создать панику. Чего и хотел хозяин чародейки.

Создание «холодного пламени» не заняло у девушки много времени. Энергии для вытягивания плазменных шаров из гравитона хватило с лихвой. Правда, для четкого контроля за ними нельзя было переусердствовать. Или три-четыре больших сиренево-фиолетовых сгустка, или десяток мелких. Озава выбрала количество для наилучшего восприятия.

И начала свою магию. Она вытягивала из энергетического поля, гудевшего вокруг нее словно туча комарья, сгустки плазмы и ласково оглаживала их ладонями, создавая форму шара. Достигнув нужных размеров, шар отлипал от рук и взмывал вверх, медленно крутясь по невидимой окружности.

Создав целый рой жутких в ночном небе чародейских «сюрпризов», она легким движением руки послала их через Чернявку, а сама обессиленно прислонилась к дереву, желая отдохнуть как можно дольше. Когда вспыхнула Пустошь, девушка внимательно следила за тем, в каком направлении распространяется огонь, мертвящий, всепожирающий и наводящий ужас на людей, спрятавшихся за каменными стенами особняка. И это радовало Озаву. Она не хотела гибели людей, что бы там не утверждал Котрил. Ее наниматель был еще той сволочью, прикрывающейся дворянским титулом. Но… девушку останавливало одно: возможность изучить энергию гравитонов и поднять свою магическую силу с помощью кристаллов. А то, что эти кристаллы у Котрила есть, Озава чувствовала всеми фибрами своей души, кончиками пальцев и кожей.

Магическая атака не прошла даром. Но совсем не так, как ожидала Озава.

Люди Игната Сироты всерьез взялись за поиски человека, сотворившего подобное. И Озава впервые испугалась, когда услышала, что новоявленных сыщиков интересует, есть ли в Акаписе женщина-чародейка или низкорослый мужчина, пусть даже и карлик. Получается, она где-то наследила на берегу Чернявки, что следопыт из команды купца сумел по ним понять, кого надо искать, быстро сузив круг поисков.

А потом к ней в дом заявился долговязый молодой мужчина с выдуманной историей про какое-то проклятие, отнявшее у него силу, ту самую, о которой не принято открыто рассуждать в обществе. Озава сразу узнала в нем помощника господина Сироты, частенько с ним появляющегося в городе. Имя тоже запомнила — Аттикус. Но вида не подала, что ей известны такие детали. То, что он врет про исчезновение мужской силы, Озава и так поняла. Все у того было в норме. Значит, хочет вынюхать, не она ли сожгла вересковую пустошь на землях Сироты.