— Конечно! Особенно если для калибровки этого чувства ты как следует прижмешься к объекту веры, закроешь глазки, как следует отрешишься от бренного мира и дашь волю самым нескромным желаниям…

…Помня состояние, в которое меня загнали Алферов, Батыров Грейси и Линь перед боем с Носорогом, я еще в середине февраля описал Алексею Алексеевичу идеальный алгоритм настройки на поединок. Само собой, не забыв намекнуть на нежелательность появления Линды в разминочном зале, массажном кабинете и комнате отдыха. Рисковать деньгами, поставленными на победу в предсказанном раунде, он не собирался, поэтому пошел мне навстречу. Более того, выставил перед входом в блок «моих» помещений двух дюжих охранников и запретил запускать внутрь даже Борисыча. В результате меня снова как следует разогрели, заставили выбросить из головы абсолютно все посторонние мысли и запрограммировали на результат. Потом вывели в коридор, отконвоировали к выходу на «тропу войны» и с первыми аккордами «Прогулки с дьяволом» легонечко подтолкнули в спину.

Спуск по пандусу, парящему над беснующейся толпой, избавление от лишней одежды, осмотр перчаток и т. д. опять ужался в точку и не задел зомбированное сознание. А представление меня ринг-анонсером, наоборот, отложилось в памяти. И даже заставило отрешенно отметить появление «лишней» единички в возрасте, двух сантиметров в росте и килограмма в весе. Однако обдумывать накатывающие проблемы с последним мне никто не разрешал, так что я равнодушно проигнорировал эту информацию, узнал свой текущий рекорд, вид единоборств, которым занимаюсь, клуб, который представляю, с первым слогом имени вышел в центр октагона и начал выполнять серию поклонов.

Закончив, привычно вцепился взглядом в противника и не столько оценил, сколько почувствовал его сложение. А о том, что Марат пришел в ММА из карате Киокусинкай, долго «добирал» ударную технику у мастеров тайского бокса и регулярно мотался по тренировочным лагерям борцов, вообще не думал. Мне за глаза хватало ощущения, что он заточен на мощные лоукики, гашение проходов в ноги встречными ударами и работу по этажам на дальней и средней дистанции.

Так он, в общем-то, и начал — сразу после команды рефери скользнул к центру ринга, показал начало двойки в голову, выбросил правую голень на лоукик и, вероятнее всего, собирался продолжить кроссом в челюсть или в живот. Но я оказался чуточку шустрее и, сместившись вправо, пробил с левой ноги по внутренней части его левого бедра. Достаточно хорошо напрячь мышцы, находясь в таком положении, было нереально, и удар прошел, доставив Принцу крайне неприятные ощущения и заставив на сотую долю секунды отвлечься от боя. А я не собирался останавливаться — вернув ногу на канвас, поймал левое запястье противника, «зависшее» в воздухе, дернул так, чтобы выпрямить локтевой сустав и, тем самым, помешать противнику уйти назад или в сторону, и со всей дури засадил правый кулак в открытое подреберье.