Увы, не все представительницы прекрасного пола радовали или доставляли удовольствие. Мальцева, «пропавшая без вести» еще до нашего возвращения из Зёльдена, в самом конце января внезапно заявилась гости и, в конечном итоге, устроила безобразную истерику. Обвинив не только подруг, но и меня в черствости, эгоизме, самовлюбленности, распутстве и чем-то там еще. После чего было послана далеко и надолго даже сердобольной Диной. Ну, а госпожа Линда Доулан, как обычно, была в своем амплуа. В смысле, выполнив обещание, данное Горину, набрала меня, порадовала фамилией следующего противника и сроками выхода на канвас, а затем испортила настроение, сообщив, что прилетит в Москву на бой с Алабиным, останется на несколько дней и хотела бы, чтобы я показал ей даже не город, а Россию!

В общем, на этом фоне начало военного конфликта между Украиной и Польшей прошло мимо меня. Точнее, я слышал, как что-то такое обсуждали соседи по столику в «Акинаке», но особого внимания не обратил. И встретил последний день зимы в знакомом состоянии робота, запрограммированного на одну-единственную последовательность действий. Чем здорово повеселил девчонок, наблюдавших за взвешиванием, стердауном и пресс-конференцией из-за кулис.

Ну, а мне было наплевать на детские ужимки Принца, безуспешно пытавшегося вывести меня из состояния внутреннего равновесия во время трэш-тока и дуэли взглядов, на откровенно тупые или двусмысленные вопросы журналистов, на выкрики из зала и на кем-то срежиссированное появление Мишки Ивашова, пытавшегося заляпать меня грязью. Я без особого труда «сделал вес», показав девяносто один и девять десятых килограмма; равнодушно постоял перед человеком, которого собирался положить чуть больше, чем через сутки, и точно по написанному сценарию отыграл свою роль перед публикой. А вечером спокойно попарился в самой теплой и заботливой компанией на свете, вкусно поел и завалился спать. Чтобы проснуться первого марта с четким ощущением приближения чего-то хорошего…

…Первым приятным сюрпризом, добавившим весеннему утру толику ярких красок, стали блинчики с вареной сгущенкой, приготовленные Настей, вставшей ради этого кулинарного подвига ни свет, ни заря. Они пахли настолько аппетитно, что первый я спер еще до похода в туалет и ванную. Второй — сразу после завершения водных процедур. А ради третьего со товарищи перенес утреннюю пробежку «на потом».

Само собой, ел не один. И далеко не в тишине — рассылка сообщений с крайне завлекательными намеками, отправленная Кравцовой на телефоны команды, подорвала девчонок с кроватей и пригнала к нам. Практически бегом. Ибо они думали, что «блинчиков совсем мало», а за столом «вовсю орудует Большой Проглот»!