— Опомнитесь, господа, ради всего святого!

— Два!

— Вы совершаете ошибку! — Зольский бился в захвате матерого десантника, но противостоять ему был не в состоянии. — Не делайте этого!

— Три!

* * *

Внезапно все стихло, и Гаттак открыл глаза. Воздух постепенно остывал, откуда-то повеяло свежим ветерком. По мокрому от пота телу побежали мурашки.

Он оторвался от Корры и огляделся. Было темно, не видно ни зги.

— Что случилось? — Гаттак подвесил вопрос в воздухе, не рассчитывая на ответ.

— Мы победили, — ответил ему кто-то.

— Герман?

— Нет.

— Кто ты?

— Я Игорь.

— Ты ожил?

— Нет. Я как раз умер. Капсулы не выдержали нагрузки, ни я, ни Алекса не выжили.

— Тогда как…

— С тобой говорит мое сознание. Копия.

— Я тоже умру?

— Все смертны. Но ты умрешь, только если сам того пожелаешь.

— Что происходит?