– Вечно вы лезете куда не надо, Мирт, – покачал головой мистер Уотерс.

Мистер Мирт обратил внимание, что глаза у него были стеклянные, как у лунатика. Или у безумца.

– Уотерс, с вами все в порядке? – осторожно спросил он, медленно подойдя ближе.

Раздался тихий перезвон – словно колокольчики зазвенели и исчезли.

Мистер Мирт моргнул. Перезвон повторился.

А в руках мистера Уотерса возник кинжал.

– Уотерс, это не нож для бумаги! – поторопился сказать мистер Мирт. – Не знаю, где вы его взяли, но лучше уберите обратно!

Перезвон колокольчиков становился все громче – не иначе как одно из наваждений Дорог Короля пыталось сбить смертного с пути.

– Зря вы это затеяли, Мирт, – сказал Уотерс. – Все равно у вас ничего не получится. Нельзя вставать на пути у истинной Королевы!

– Что вы несете? – Брови Габриэля полезли на лоб.

Он собирался было что-то еще спросить, но мистер Уотерс поднял руку и резко провел кинжалом по ладони. Острое лезвие вспороло кожу как бритва, и он тихо застонал, стиснув зубы. Густая кровь набухла у разреза, и он встряхнул рукой над землей так, чтобы она потекла вниз и окропила булыжную мостовую.

Яркое сияние ослепило мистера Мирта. Он отшатнулся, прикрывая рукой глаза, споткнулся о булыжник и полетел спиной вперед. Джеймс подхватил его одной рукой, не удержал, но хотя бы смягчил падение – другой рукой он также закрывал глаза.

Когда сияние стихло, над Дорогой раздался смех.

– Вы проиграли, глупцы! – Шум крыльев послышался прямо над головой, и Фенелла опустилась на дорогу рядом с мистером Уотерсом.

– Фенелла? – Мистер Мирт, пошатываясь, поднялся на ноги. – Что ты творишь?

Фенелла взяла раненую руку мистера Уотерса и, глядя мистеру Мирту в глаза, слизнула кровь с ладони.

– Мой драгоценный рыцарь, мой Эван, помог мне исправить одну досадную неприятность – избавиться от вас. Видите ли, наши Король и Королева совершенно не интересуются тем, что происходит в их же владениях. Дороги Короля давно проросли травами, погребены под обвалами, они никуда не ведут и по ним невозможно пройти. Есть много других путей – например, по небу. Но вы… Вы так назойливо лезете мне под руки и мешаете моим планам, что я решила запереть вас. Не волнуйтесь – это не навсегда. Я буду милостивой Королевой и открою вам дорогу назад. Но позже. Гораздо позже. Если вы доживете…

Джеймс с криком ринулся на нее – и влетел плечом в стену, невидимую, но осязаемую. Он отшатнулся, вцепившись пальцами в плечо, с яростью глядя на Фенеллу.

Она, насмехаясь, смотрела на него.

– Бедный принц-без-королевства. Я бы тебя пожалела. Но нет. Я, наследница Мелизанды, истинная Королева, ждала тысячи лет. Ты не в силах выдержать и декады, и представить себе не можешь, что такое ждать, и ждать, и ждать, и видеть, как по договоренности с жалкими смертными твой трон переходит другим – более гибким и покладистым. Глупая Идберга не смогла вовремя обуздать горделивого мужа – как и твоя мать, тусклая Элиза, которая не подняла голос на муженька, даже когда было надо…