Как и говорил Зигфрид, его пребывание в секретном бункере шло ему пока что лишь на пользу. За то время что он здесь, цветок в пустоте древа его души, успел не только полностью расцвести, но и образовать в себе небольшой плод. Все еще неполноценный, но быстрорастущий. И согласно знаниям мастера Го, образование плода после цветения души, означало переход на шестой акт «Песни Жизни».

Конечно Зигфрид не был дураком и понимал, что с его душой происходит нечто странное, и это не совсем то, что описывал мастер Го. С другой же стороны, если немного подкорректировать записи, то система Го все еще отвечала на многие вопросы и могла быть направляющей в разумном познании того, что же здесь все-таки происходит.

Юноша знал, в его душу в пещере Чудес попало нечто, что полностью ее изменило и дало ему странную силу, кою он выдал за сиддху. Но это нечто и его измененная душа все еще следовали кое-каким правилам «Песни Жизни», более того, этому нечто, по мнению Зигфрида, требовалось чтобы он применял «Песню Жизни», оно росло и развивалось благодаря сему, давая взамен свои дары.

«Если я прав, то когда цветок увянет, а плод сформируется, пятый акт будет считаться завершенным и у меня будет возможность приобрести реальную сиддху, как и писал Го. Вот только учитывая странности моей души, и то что «это», уже даровало мне кое-какую силу, обрету ли я что-нибудь? Хмм, ай ладно, смысл сейчас терзаться, лучше заняться тренировками, будущее все равно останется неведомым, как будет — так будет».

Четырнадцать месяцев назад.

В мире души, в черном сферичном древе, в темной безграничной пустоши, последние признаки цветения духовного лотоса исчезли, а место его занял овальный плод кобальтового цвета.

«Пятый акт «Песни Жизни» завершен, — подумал Зигфрид, находясь рядом с этим плодом, — и что теперь? Новых сил я так понял не обрету? — вопросил он, между тем как яйцевидное «семя» начало сиять, а на его темно-синей оболочке стали появляться желто-белые цифры. — Опять эти цифры, да что они означают? — протянул руку к плоду Зигфрид, и стоило ему до него дотронуться, как во вспышке света в его голову ударил неописуемый поток информации».

Буря познания грянула в его разуме и тысячи образов завертелись в ней. Было ощущение, что некий высший разум передавал ему знания основы мира, его порядка и гармонии.

Несмотря на дикую боль и ощущение того, что сознание вот-вот лопнет от переизбытка информации, смотреть на идеально выверенный механизм мироздания, на его совершенную структуру, было прекрасно, это доставляло неописуемое удовольствие. Прикосновение к совершенному, вводило разум в эйфорию.