– Подожди, я ничего не понимаю, – она потрясла головой, пытаясь осознать только что сказанные слова. – Зачем тебе уходить? Объясни!

Джисон вздохнул и сжал руку Сан.

– Наше с тобой существование в мире людей противоестественно. Присутствие рядом с Доёном двух магических существ разрушает его, именно поэтому он заболевает каждый раз, как видит свое прошлое. Но даже сейчас, когда все раскрылось, он не перестанет видеть эти сны. Воспоминания будут затягивать его раз за разом в кармическую воронку, пока не убьют.

Ему не поможет даже талисман, который сделал для тебя Джумок.

Сан была оглушена этим признанием и лихорадочно искала выход.

– Да плевать мне на Доёна! Для меня важен лишь ты! – выпалила она, все еще пытаясь осмыслить страшные слова, что сказал Джисон. – Я никуда тебя не отпущу!

– Это всего лишь одна из причин. Дело не только в этом, не думай, что я такой благородный, – грустно усмехнулся Джисон. – Мой срок подошел к концу. Меня сделали Жнецом смерти на триста лет, и они истекли. Если я не уйду, то никогда больше не смогу переродиться. С моим уходом кармический узел, наконец, развяжется. Правда, Доён в наказание за свое преступление обречен в каждом воплощении терять свою жену. Но к нам с тобой это уже не относится.

– Но… нет, подожди! Я ничего не понимаю! Тебе нельзя на ту сторону, тебя накажут! К тому же… Если ты уйдешь, мы никогда не встретимся! – Сан от шока никак не могла собрать мысли в кучу.

– Я приму наказание, это неизбежно, – кивнул Джисон. – И после того, как из этого мира вместе со мной уйдет моя магия, ты перестанешь быть ловцом снов. У тебя будет возможность прожить обычную человеческую жизнь, возможно, завести семью, остаться рядом с Хери…

Он не договорил, потому что Сан его перебила:

– Нахрена мне эти жалкие пятьдесят или шестьдесят лет без тебя? – взвилась она в ярости от того, что узнает весь этот ужас только сейчас. – Как ты можешь так спокойно говорить мне эти вещи?! Я столько лет убегала от любви, потому что она всегда, всегда приносит боль! И вот теперь, когда открыла свое сердце, снова должна потерять любимого человека! Это так жестоко!

– Сан, мне тоже больно, пожалуйста, давай не будем ссориться! – взмолился Джисон, пытаясь вновь обнять ее, но она его оттолкнула. Ей было слишком страшно, слишком горько, что она теряет Джисона, едва успев обрести. – У нас остался всего лишь месяц. Давай проживем его так, будто завтра нас уже не будет.

Злые слезы жгли глаза, Сан шумно дышала, глядя в лицо любимого человека, которого у нее отнимут всего лишь через месяц. Месяц! Что это в сравнении с тремя сотнями лет! Разве это справедливо?