— Я не думаю, что вы сможете их прочитать, но хуже все равно уже не будет. Покажите им, Андре.

Сенатор Дориак, сидевший напротив гостей, подвинул к ним по крышке стола несколько пластиковых листов.

— Этот язык никогда не использовался в Империи. Мы подняли все архивы, но оказалось, что сравнивать не с чем. Оригинальный текст был написан на настоящей бумаге, которую для сохранности поместили в прозрачный пластик. Возраст сложно определить, потому что технология ее изготовления за триста лет практически не изменилась. Выбор носителя информации показался нам немного странным, потому что бумагой давно не пользуются из-за ее хрупкости и дороговизны.

Пока сенатор давал пояснения, гости быстро разобрали листы с текстом, и на несколько минут в кабинете воцарилась полная тишина. Адмирал внимательно следил за тем, как чужаки обмениваются взглядами, и мог бы поклясться, что сбылись их самые худшие опасения. Что они вообще могут знать о местной истории?

— Ботаник, прочитай лучше ты, чтобы у адмирала не возникло никаких подозрений по части перевода, — майор Кроу собрал все листы и передал их Себастьяну.

— Значит вам тоже знаком этот язык, мессир Лангвад? И откуда, позвольте спросить?

— Странно, что вам он неизвестен, — тут же парировал Юджин, — потому что текст собственноручно написан Императором Фабианом Кингсли.

Новость вызвала у местных сановников недоумение, а текст, который Себастьян прочитал медленно и намеренно бесстрастно, поверг их в настоящий шок.

Когда Себастьян дочитал до конца, никто не смог произнести ни слова. Затянувшуюся паузу прервал полковник Гатлин, наименее впечатлительный их всех.

— Все это больше похоже на сценарий для голографических постановок. Даже во времена Императора Фабиана такое вряд ли могло случиться. Во дворце при всех императорах было мощное оружие и большое количество охраны. Как могла жалкая кучка непонятных пришельцев такое натворить? У тогдашнего Кингсли все было в порядке с головой?

— Насколько я знаю, безумием никто из них не страдал, — адмирал все еще пытался осознать то, что сейчас услышал, — да это и не похоже на слова безумца.

— Это предостережение или инструкция? — рискнул, наконец, подать голос профессор Биллер.

— Скорее всего, второе, Эдмон.

— В конце он пишет, что примет дополнительные меры безопасности, гибельные для… — советник Таллент замолчал и бросил виноватый взгляд на Себастьяна.

— Вы никак не хотите понять — я не наследник Фабиана! У нас разная кровь, и моя генетика в этой схеме может просто не сработать! — Лангвад раздраженно ткнул пальцем в пластиковый лист. — Но ведь вам все равно, правда? Совершенно неважно, кто именно отдаст свою жизнь за вашего фальшивого Кингсли. Этот документ не может быть единственным свидетельством пришествия на Абсалон жестоких тварей. Кто-то намеренно уничтожил всю информацию, а заодно и моего отца.