— Осенью, кажется, — ответил я с сомнением. — Тогда шли холодные дожди.

— А дату?

— Нет, не помню, — ответил после раздумий. — Ты хочешь сказать...

Я замолчал, потому что понял, что он хочет сказать. С момента моего исчезновения могло пройти как две недели, так и семь месяцев. Почему семь? Потому что энтузиасты уже опросили чуть ли не всех ороборгцев и установили последнюю дату перемещения сюда. Получился диапазон в семь месяцев. Это начиная с момента появления арки.

Также было известно, что сюда попали люди, которые знали один язык. То есть речь шла о конкретной территории. Куда подевались те, кто переходил в других местах, — отдельный вопрос.

Возможно, игр было несколько, или те люди дожидались своего часа. Ведь когда сюда попали, мы нашли следы пребывания людей.

Этими и другими вопросами много кто задавался. Лично мне на них было плевать. Я на другом сосредоточился.

И вот сейчас, когда Дмитрий задал этот вопрос, до меня дошло...

— Арки тоже осенью появились, — озвучил он горькую правду. — А последний попавший сюда переместился в начале весны. Если ты не помнишь снега на улицах, перед тем как в арку попал.

— Не было снега, — резко ответил я. — Получается, моя сестра может быть уже мертва.

Дмитрий молча положил мне руку на плечо и сжал ободряюще. Я этого не заметил.

Казалось, внутри что-то оборвалось.

***

Что будет делать человек с частично восстановленной памятью, который понял, что в прошлом его ничего хорошего не ждет и, возможно, случилась трагедия, которой он так не хотел допустить?

Он обратится к богу.

Я просил. Умолял вернуть меня. Когда в ответ получил молчание, спросил, есть ли хоть что-то, что я должен сделать для возвращения.

И бог ответил.

Ты слишком мал, чтобы просить.

Этот голос прозвучал как пощёчина.