— Отто Генбах. Вы можете сами спросить его, он тоже сейчас живёт в Доркинге. Кажется, это его жену убили первой. Какая ирония! — добавил Арман с горечью. — Два человека, связанных общим делом, приезжают в одно место и теряют за неделю своих супруг.

— С которыми не так давно обвенчались, — добавил я.

— Что, простите?

— Нет, ничего. Как случилось, что граф обратился к вам?

Арман пожал плечами.

— Просто пришёл в контору и поинтересовался, не может ли наша фирма доставить из Гегемонии четыре ящика с землёй. Конкретно — из Берлина. Мы удивились, но не стали задавать вопросов. Когда были произведены подсчёты, граф сказал, что они приемлемы, и выложил задаток.

— Вы сами принимали заказ?

— Да, я в то время оказался в конторе. Поскольку мы с Кэтрин всё равно собирались в Доркинг, то решили прихватить ящики Генбаха.

— И они действительно прибыли из Гегемонии?

— Разумеется. Наши агенты осуществляют полный контроль над перевозкой. Об этом имеются записи.

— Граф не объяснил, зачем ему земля?

Арман отрицательно покачал головой.

— Ему пришлось рассказать, что в ящиках, поскольку на границе все грузы проходят таможенный досмотр. И ящики, если верить письму нашего агента, проверяли очень тщательно, однако ничего, кроме земли, не нашли.

Ещё бы его не проверили: столь странный груз просто не мог не вызвать подозрений. Вероятно, таможенники полагали, что в земле что-то спрятано.

— Понятно, — протянул я. — Что ж, благодарю, господин Арман. Вероятно, мы с вами ещё свяжемся. Хотя бы по поводу…похорон, — я встал.

Арман поднялся, чтобы меня проводить. На крыльце мы распрощались.

— Очень надеюсь, что вы поймаете убийцу, — сказал аристократ, пожимая мне руку.

Появился молчаливый слуга, встретивший меня у ворот.

— Проводи господина Блаунта, — велел ему Арман.

Когда он скрылся в доме, лакей двинулся к воротам. Я последовал за ним. В поместье царили тишина и покой. Всё замерло, словно соблюдая траур по умершей хозяйке Ванделисса.