Не останавливаясь, Адриана сразу же подпрыгнула следом за ним и, оказавшись на одном уровне, перевернулась. Ее удар, в очередной раз нанесенный каблуком прямо по лицу, быстро опустил противника на землю. Мужчина с грохотом врезался спиной в камень, словно он был уже не живым, и больше уже не встал.

Адриана же, приземлившись рядом с ним, устало выдохнула и заговорила:

— Еще один минус. Время на создание заклинания никак не изменяется, если использовать артефакт.

Задумавшись о втором противнике, девушка обернулась. Ледовое царство, заполонившее вторую часть зала, вызывало дрожь лишь от одного своего вида. Огненному волшебнику невольно сразу же хотелось все растопить.

В то же время Шейн, продолжавший отбиваться от противника, постепенно отступал. Из обоих нападавших его текущий враг, пожалуй, был самым ловким и настойчивым. Он, используя артефакты, то ускорялся благодаря ветру, то атаковал, благодаря огню. Лед Шейна от подобного пламени таял, а из-за нехватки времени на более сильные защитные стены, он не мог даже его укрепить.

В очередной раз оттолкнув от себя противника и со всей силы ударив его в живот, Шейн развернулся и забежал за стену. Та магия, которую он сейчас использовал, была для него самой примитивной и самой менее энергозатратной.

Искоса поглядывая на магическую метку, оставленную на его руке магическим корпусом, Шейн понимал, что для их совместного большого заклинания ему нужно было израсходовать приличное количество маны, а потому тратить ее на каких-то там мелких сошек было опасно.

Вновь услышав справа от себя разбившийся на осколки лед, Шейн быстро проскочил между несколькими узкими проходами, и невольно пробежал мимо гнавшегося за ним противника. Уже злившийся грозный мужчина резко развернулся и побежал следом за стремительно уносившейся фигурой.

— Стой на месте! — грозно заревел противник.

Когда перед глазами снова появилась стена, уже без раздумий мужчина разогнался, активировал пламя на своей руке и быстро понесся прямо к преграде. Замахнувшись, еще в прыжке он направил руку на стену, и пламя, как и прежде, взорвалось, только ничего не разрушило. Стена осталась непоколебимой, а рука, ударившая по ней со всей силы, еще и прямиком с отскочившим взрывом, просто сломалась. Кость, высунувшаяся из плоти, вызвала такую боль, от которой хотелось реветь.

Мужчина ударился о стену головой, и сразу рухнул. Он, кое-как сдерживая громкий рев, перекатился на бок и плотно стиснул зубы.

— Почему… — с вытаращенными глазами он посмотрел на стену. — Почему лед не плавится?