И в звездолете начало происходить неладное. Яркий свет звезды прекратил освещать ангар звездолета. Корабль накрыла бездушная тьма. Петер почувствовал, что что-то сильное сжало ему легкие, и начал кашлять. Кашлял так сильно, что почувствовал испуг за самого себя. Он прижал свою руку ко рту и, когда кашлянул, почувствовал на руке что-то теплое, и увидел на ней кровь. Он кашлял кровью…

Вскоре изо рта потекло много крови. Его начало сильно рвать кровью, ему казалось, что сейчас с ней он будет выплевывать все внутренности, которые сильно друг с другом сжались и казались уже готовыми вылезти наружу. Кости начали ослабевать, зажившая нога после дуэли вновь свернулась. Петер упал на пол, продолжая кашлять и чувствовать, как что-то невидимое внутри сгребало ему легкие.

— П-помогите мне кто-нибудь… — умоляя, прохрипел Петер, не замечая, что возле него начала образовываться лужа крови.

Но все смотрели на него с улыбками на лицах, кроме журналистки Уиллер, которая ничего не понимала и удивлялась реакции на его мучения:

— Вы что, слепые и глухие? Не видите, что ему плохо?

Но ее вопрос проигнорировали. Софиан рассматривала Петера жадным и злорадным взглядом, прикусывая нижнюю губу и нервно ковыряясь в пальцах. Наслаждение внутри нее сильно горело. Петер начал задыхаться, кости внутри хрустели и ломались, мышцы полностью ослабевали, с глаз начала литься кровь, из-за чего он начал плохо видеть всех вокруг…

— Р-Ринчэн…прошу…помоги! — крикнул он другу, заметив, как тот торжественно поднимался на платформу.

Эрамгедон уверенной походкой поднялся наверх и подошел к Петеру.

— Ну хоть кто-то ему поможет! — крикнула Уиллер.

Петер сначала обрадовался, думал, что Ринчэн и вправду ему поможет, позовет медсестер, но с тем произошло нечто особенное.

Тело Хандагала за долю секунды полностью растаяло, превратившись в фиолетовую густую жижу вместе с одеждой. Задыхаясь, Петер остолбенел от такого зрелища.

— Ринчэн…

Вдруг из темной жижи начал вырастать силуэт, походивший по фигуре на человека. Петер ошеломленно смотрел на это. Из появляющейся фигуры вышел мощный черный столб, вокруг которого искрились молнии. Молнии окружили фигуру из жижи и делали ее более отчетливее, и от них на лице начал появляться нос, форма губ и разрез глаз. Жижа начала твердеть и становиться более прочней и похожей на кожу и посветлела, став светло-серой. На иссохшем теле появился из черного дыма столба форма черного балахона, которая окутала человеческую фигуру. На лице начали появляться яркие полосы, глаза потемнели, и на них образовались дьявольские красные зрачки. Внутри него что-то ярко-белоснежное засветилось — к нему возвращалась высшая сила шести богов. Столб и молнии растворились в воздухе, и ветер развеял подол балахона, и фигура лицом повернулась к Петеру.