Петер ахнул:
— Ты кто? Где Ринчэн?
Воскресшее чудовище обнажило свои страшные клыки и заговорило ужасным грубым голосом:
— Я Император Древней Империи Эрамгедон!
В висках Петера начало пульсировать, когда тот услышал это имя. Имя, то самое имя, над которым он смеялся, считая плодом воображения генетической копии своего брата…
— Это… — шок, как удар молнии, ударил его по голове.
— Да, это я. Не было никакого Хандагала. Он тут же умер, когда я в него вселился. Зря ты не слушал мальчишку. Он, между прочим, пытался тебе помочь, был в долгу за твою помощь и пытался предотвратить то, что ты сейчас сделал. А ты ему не верил, а верил моим тайным шпионам и, конечно же,
Со рта продолжала вытекать кровь, а сердце начало болеть от этой новости. Петер отказывался в это поверить, ему стало ужасно от того, что он хотел убить того, кто пытался ему помочь и обожал того, кто его использовал многие годы и сейчас уничтожит…
Мариам и Гэриш надели Эрамгедону корону. Уиллер потребовала объяснений:
— Что вы тут за спектакль развели?! Я требую немедленного объяснения!
— Спокойно, милочка. — улыбнулся злодей и заговорил: — Жители Галактики, вы сейчас стали свидетелями не только моего восхождения, то есть самого первого правителя, но и увидели хаос, который происходит сейчас на планетах, а именно молнии. Наступает новая эра и так будет каждый день, так что привыкайте к таким стихийным бедствиям. Королевство ПАУ уничтожено, Царство Аридверских никогда не возродится, династия Поэмнов стерта с лица Галактики, и сейчас погибнет последний наследник Аридверских. Древняя Империя вновь вернулась, и уже ничто ее не уничтожит! Сейчас все будет так, как было миллиарды лет тому назад!
Зал был оглушен аплодисментами. Петеру было больно на это смотреть, больно было ощущать предательства, особенно было отвратительно смотреть на очаровательное радостное лицо Софиан. Девушка уже изнемогала прыгнуть злодею в объятия.
— Софи…принцесса моя… — слабо шевеля губами, позвал он ее.
Но Софиан не обратила на него внимание. Девушка, не выдержав, бросилась к Эрамгедону. Тот приласкал ее к себе и, заметив, какими огромными и ошеломленными глазами смотрел на них Петер, жадно поцеловал Софиан, плотно прижимая к себе. И девушка ответила взаимно, прижав его к сердцу. Все громко ахнули от этой сцены.
— Принцесса моя? — поразился Петер.
В голову ударили неприятные воспоминания, где Антон говорил, что Софиан изменила Петеру…А он смеялся над этим, считал это настоящей глупостью…
— Софи…ты не любила меня? — слабым голосом спросил Петер, почувствовав соленый вкус крови, застрявший в горле.