— Мне надо срочно по делам.

— Пожалуйста, возьми меня с собой! — крикнул громко Петер, сжимая брату руку, — Пожалуйста, не бросай меня!

— Я б с радостью, но мне действительно надо улететь…э…по делам.

— По каким таким делам?

«Избавиться от этой сволочи — вот какие у меня дела!» — мелькнуло с яростью в голове Аристарха. Вспомнив это лицо, юноша уже захотел, как можно скорее, начать свой тайный план.

Петер обиженно надул свои пухлые губы:

— Ну, пожалуйста, я не хочу тут находиться! Мне страшно! Наша династия в опасности, люди умирают, война идет, мы полные сироты!.. Я просто боюсь, что потеряю тебя, а я не хочу потерять тебя… Умоляю, Аристарх, возьми меня с собой…

Сказав это, у Петера по щекам начали течь слезы. Это рыдание было переполнено горем, болью и страхом. От одного звучания мучительно щемить начинало в груди. Аристарху было больно глядеть на эти слезы, но и взять с собой он не мог. Юноша понял, что сказать ему нечего и начал придумывать глупые оправдания, от которых испытывал к себе ненависть:

— Мне надо…я не могу тебя взять… побудь пока здесь…все будет хорошо…

— Я не хочу быть один, я хочу быть с тобой! — крикнул Петер, вытирая слезы руками.

Аристарх молча глядел на него. Петер, шмыгая, поднял на Аристарха испуганные глаза и спросил:

— Аристарх, ты когда начнешь делать то, что пророчит тебе судьба, избранный ты братец?

«Ну началось!»

— Поверь мне, Петер, я знаю, что делаю. В конце концов, мне лучше знать, когда я сделаю то, что мне там пророчит высшая сила…

«Вот я даю! — мелькнуло в голове Аристарха, — Какая еще, черт возьми, высшая сила?! Из-за каких-то идиотов, которые неправильно перевели это гребаное пророчество, все видят во мне героя, хотя речь там шла вовсе о другом, и про меня там от силы было написано лишь одно предложение. А эти одноклеточные переводчики подумали, что все пророчество заняло лишь мое имя, но это не так…Я не избранный, не был им, не являюсь и не буду являться никогда. Хватит так обо мне думать…»

— Ну? — спросил Петер, скрестив руки. Хоть его глаза были опухшими из-за слез, опасный огонек зажегся в них.

«А смысл мне говорить тебе правду? — думал Аристарх, с грустью глядя на Петера, — Я пытался объяснить всему миру, что на самом деле в этом пророчестве все написано по-другому и что я получил в итоге? "Не ври нам, все правильно перевели, речь шла о тебе!" Но никак не обо мне! А реальной высшей силой владею не я, а другой!»

— Петруша, не мешай мне, уйди куда подальше… мне лучше знать, когда настанет то, что мне там пророчит… А сейчас будь добр, не мешай мне, мне нужно срочно лететь…э…к Вайлетт… — соврал Аристарх, пытаясь уже избавиться от брата и повернулся лицом к Финиксу.