Услышав имя своей любимой жены, Дзирт нахмурился. Но, справившись с потрясением, он понял, что обещания и угрозы богини никак не связаны с тем, что он сделает или не сделает. Ллос была слишком могущественна по сравнению с ним. Она могла поступить, как пожелает, что бы он ни выбрал, а он не имел никакого влияния на ее поступки. Точно так же он не мог бы поднять континент Фаэрун над морем.

– На колени! – потребовала она, и в словах ее заключалась магия; словно каменная плита придавила Дзирта, и он упал на колени. – Как ты смеешь смотреть мне в лицо без моего позволения! – воскликнула она, и второй магический «удар» заставил его опустить взгляд.

Но там, внизу, несмотря на воздействие чар, Дзирт До’Урден увидел одинокий огонек, свечу, которая осталась в его воспоминаниях.

Он поднял голову и посмотрел на Ллос.

Потом, преодолевая сопротивление, поднялся на ноги.

– Это я еще могу вытерпеть от тебя, но не более, – грозно произнесла она. – Поклоняйся мне!

– Ты просишь у меня того, что я не в силах дать, – возразил он.

Ллос злобно ухмыльнулась и взмахнула рукой. Коридор за спиной Дзирта наполнился густой паутиной, троих друзей и Консеттину оторвало от пола, опутало липкими нитями, и Дзирт увидел их, беспомощных, неподвижных, увидел, как на потолке собираются тысячи ядовитых пауков.

– Поклоняйся мне, – спокойно потребовала Ллос.

– Как? – удивился Дзирт. – Ведь я не в силах приказать своему сердцу, а сердце мое противится следовать обычаям Ллос.

Ллос зарычала, словно хищный зверь, и Дзирт услышал за спиной шорох ног тысяч пауков.

А затем до него донеслись крики боли – это были голоса его друзей, приглушенные слоем паутины, и дроу понял, что они испытывают невыносимые страдания.

Крошечные пауки поедали их заживо.

– Ты подчинишься мне, Дзирт До’Урден, – ухмыляясь, пообещала Ллос.

– Нет, – просто ответил Дзирт.

Энтрери у него за спиной ухитрился пробормотать, несмотря на дикую боль: «Она не это хотела услышать», – но Дзирт едва обратил на него внимание.

Он нашел ту свечу в своих мыслях, опустился на пол в позе для медитации и нашел мир там, далеко от этих туннелей.

Потому что он ничего не мог сделать сейчас, даже не мог притвориться, что в состоянии бороться с Паучьей Королевой. Уже давно Дзирт До’Урден понял истину об этом «поклонении», о том, что никого нельзя вынудить к нему силой, что на самом деле никто не поклоняется богам и боги не принимают поклонения.

Оно просто есть, это – голос сердца, вера и разделенная радость.

Его нельзя изобразить, сыграть.