Ночной клуб они покинули вдвоем. Поначалу Дан опасался, что друг что-нибудь такое выкинет, но тот вел себя словно примерный школьник. Спокойно и совершенно самостоятельно шел в сторону дома. Поначалу молчал и только на половине пути неожиданно сказал:

– В том, что случилось с Паком, моей вины больше, чем кого-либо. Отправляя пацанов с тем торговцем, я предполагал, что им предстоит познавательное путешествие. И совершенно их к дороге не подготовил. А ведь надо было им дать стволы, не жадничать и не осторожничать… да и нормальной броней уже нужно было обеспечить… И ведь ладно бы ее у меня не было. На моем складе лежат несколько броников. Давно следовало отнести их Аарону[5]. А я все резину тянул, откладывал…

Замолчал.

Молчал и Дан, не считающий, что хоть что-то должен говорить побратиму в этот момент. Да тому и не нужны были его сочувствие и поддержка. Просто нужно было выговориться.

У склона их снова нагнали. Но на этот раз, слава богу, никуда не надо было возвращаться. Это был Ирвин, который чуть с ними не разминулся, отправившись к ночному клубу другой дорогой. Поэтому он не застал там Лури с Даном, только стал свидетелем, как со всей осторожностью из общего зала в комнату на втором этаже переносили напившегося в хламину Волка. Оставив на момент его пробуждения некое сообщение, он поспешил догнать ушедших.

– Жив! – на ходу крикнул Медвежонок. – С Паком все нормально, его жизнь вне опасности!

Лури остановился, втянул в себя воздух, а после пристально посмотрел на своего верного помощника.

– И этот пьян! – с неподдельным возмущением заявил он. – Почему только на меня не действует? – обвиняюще он пальцем в парня.

Тот даже попятился. Явно он не такой реакции ожидал.

– Ладно, – махнул рукой Лури. – Сегодня пусть хоть ужрутся. Передай остальным, – снова нашел он взглядом Ирвина, – завтра в обед общий сбор. Кто не в состоянии будет стоять на ногах… – грозно начал и остановился. – Пусть хоть на земле лежит, но присутствовать должны все. Свободен! Стой, я за тебя подержусь. Похоже, меня наконец штырить начало. – И правда, манера его речи изменилась. В голосе появились протяжные нотки. Принесенная Ирвином радостная новость прорвала незримый барьер, из-за которого сознание Лури оставалось кристально ясным.

На склон они подымались уже втроем. Около калиток смуглолицый отпустил плечо парня и решительно направился к особняку драконьеров. Где в такие моменты искать в огромном доме хранительницу, он знал отлично и поэтому без колебаний направился туда, где полгода назад лечили Катю, и не ошибся. По голосам, что раздавались из-за прикрытой двери, он безошибочно нашел прошедших лечение раненых, чье состояние хоть и оставалось тяжелым, но уже не безнадежным.