Светлый фон

— Слышите?!

— Не уверена, но, кажется, да, — Юиль оказалась единственной, кто подтвердил слова Ольдры. — Похоже на чей-то плач.

— Там, — уверенно указала цвержка и группа медленно, будучи готовой ко всему, направилась к стоящей чуть поодаль хижине.

При приближении к ветхому строению, Арчибальд тоже услышал плач. Точнее даже не плачь, а жалостливое подвывание. Ольдра, тихо, как только могла, встала у косяка двери с даордом наготове. Ульз кивнул, и дождавшись ответного кивка от остальных ударом ноги выбил липкую дверь.

Первой ворвалась Ольдра, следом за Арчибальд, после Ульз и последней была Юиль. Химера напоминала тонконогого паука, размером примерно с эльфа. Тварь попыталась прорваться в окно рядом с дверью, но путь ей преградила Ольдра. Тварь метнулась к окну на противоположенной стороне хижины.

– [Плетущиеся Лозы], — крикнула Юиль, но ничего не произошло.

– [Каменная Стена], — у цверга это вышло лучше и оконный проем загородила прочная стена, об которую ударилась тварь. На секунду она остановилась в нерешительности и Арчибальд лучшее ее разглядел. Химера действительно была похожа на паука, но у нее четко проглядывались четыре руки и четыре ноги, а также две человеческие головы, что были будто бы слеплены безумным скульптором в одну.

Монстр, быстро оглядевшись, ринулся в узкий пролом стены, но Ольдра его опередила ударом даорда повалила на пол. Цвержка замахнулась, собираясь добить это нелепое создание, как вдруг оно заговорило:

— Пощады, пощады! Прошу, прошу!

Прошу, прошу!

Обе головы говорили одновременно, об одном и невпопад. На секунду Ольдра замешкалась, и Арчибальд поднял руку:

— Ольдра! Постой!

Цвержка стояла, придавливая монстра-паука к полу своим ботинком, но даорд не опустила, готовая в любой момент, довести начатое до конца.

— Зачем он нам?

— Ты же слышала: он говорит!

— Может он просто подражает?

— Может. Но убитый он нам точно не нужен. А вот если он хоть чуть-чуть соображает, то может стать ценным источником информации.

Ольдра засомневалась, и опустила даорд на плечо.

— Эй! Ты! Ты хоть чуть соображать умеешь?!

— Моя, да, моя, может! Моя говорит, моя умный!