Ага, и пару запасных стволов в комплекте. Размечтался, что называется — пулемет, патронопровод! Тут бы сначала «панацею» новую найти, чтобы наконец начать понимать, что часики, отсчитывающие минуты жизни, наконец перестали сходить с ума и пошли с нормальный скоростью, а потом уже все остальное.

Пока я раздумывал о своем невеселом будущем, пальцы автоматически набивали магазины патронами, по одному вгоняя их в губки. Несмотря на то, что я делал это в первый раз в своей жизни (по крайней мере, в той жизни, что помню), все происходило на автомате, рефлекторно, словно я делал это миллион раз. Впрочем, на фоне всего остального, что я успел узнать о себе, это казалось само собой разумеющимся — было бы странно, если бы умея пользоваться оружием на уровне спинномозговых рефлексов, я бы не умел набивать магазины к этому оружию. Только один раз патрон пошел в перекос и не захотел залезать в магазин, да еще и обратно не хотел вылезать тоже. Пришлось лезть в рюкзак за ножом, который тоже не потерялся, и клинком выковыривать непослушный патрон обратно. Оказалось, что он был с браком — раздувшийся, вот и не хотел лезть внутрь. Повесив на всякий случай нож на пояс, — вдруг еще понадобится, — я продолжил набивку.

Спустя буквально две минуты я закончил снаряжение магазинов и задумчиво повертел в пальцах два оставшихся на столе патрона. Прежде чем начать набивку, я вскрыл упаковку на сто двадцать штук и высыпал все их на стол. После этого одним движением смахнул сколько-то в один из пустующих подсумков (целый, разумеется), а оставшееся количество стал закидывать в магазины, решив, что, если не хватит, то вытащу еще.

Хватило. Мало того — моментальным взглядом окинув кучу патронов, я одним движением смог отделить половину, ошибившись при этом всего на два. Это уже выглядело покруче, чем набивка магазинов вслепую и со скоростью швейной машинки, это уже значило как минимум умение быстро и точно считать.

Хотя, если вдуматься, об этом я уже в курсе — считал же я как-то выстрелы, когда воевал с бандитами по пути в тринашку, и не было такого, чтобы я неожиданно остался без патронов. Причем тогда я считал так же, как и сейчас — где-то фоном, на подсознании, не привлекая к этому сам мозг, не загружая его еще и этим. За подобными навыками явно должна стоять долгая, очень долгая практика.

Бросив последние патроны туда же, в подсумок, и мимолетно пожалев, что он даже без молнии, на простом клапане, и в случае чего БК может задорно из него посыпаться, я поднял голову на Медведя:

— Готов.

— Я тоже! — раздалось от входа.