— Вон колбасу доедай, — ткнула Арина пальцем на валяющийся ломоть.

— Сама жри эту дрянь. Орехи у тебя есть? — зверек стал правой лапкой ковыряться в зубах.

— Все-таки бурундук! — радостно воскликнула Арина, услышав об орехах. — Я так и знала.

— О-оо, маги иномирья, — разозлился зверек. — Она еще глупее, чем я думал. Проиграем мы с тобой Эльсенуор. Как пить дать проиграем, — сказал куда-то в потолок.

— Мог бы и сам представиться. Нечего тут шарады загадывать, — обиделась Арина и, замолчав, стала прихлебывать остывающий какао.

Чисто из вредности не полезла за другим куском батона. Вот еще. Была нужда прислуживать какому-то бурундуку. Пусть и говорящему. Правда, и орехов у нее в доме не было.

Видя, что хозяйка не собирается его кормить, зверек решил взять это дело в свои руки, вернее лапки. Он соскочил с табурета на пол, сделал два огромных прыжка по кафельной плитке на полу и запрыгнул на кухонный гарнитур, где стояла хлебница. Зашуршал пакетом, в котором был батон. Увидев, что зверек стал разрывать пакет зубами и лапами раскидывать обрывки по сторонам, а не культурно, как почему-то решила Арина, вытаскивать хлеб из пакета, она разозлилась.

— Нагло пролез ко мне в дом, командуешь тут, да еще и свинячишь?! — воскликнула быстрой скороговоркой и схватила полотенце, висевшее на ручке духового шкафа.

Замахнулась… и давай лупасить по пришельцу со всей мочи.

Надо отдать должное зверьку, что-то подобное после ее возгласа он заподозрил и сумел увернуться от полотенца, резко отпрыгнув в сторону. Стал карабкаться по стене наверх, а Арина пыталась попасть ему по спине. Но так ни разу и не попала. Только слышались звонкие пустые шлепки полотенцем по стене, по полкам кухни, по холодильнику и даже по мойке, где стояла грязная посуда. Та жалобно звякнула, но вроде ничего не разбилось. А зверек басовито хихикнул, чем еще больше разозлил Арину.

Удары посыпались чаще…

Изрядно помотав Арину по кухне, зверек забрался на часы, висевшие на стене над столом, и растянулся на них, свесив пушистый хвост и понимая, что хозяйка вряд ли решится лупасить по стеклу циферблата. Хитрая скотина оказалась! Уставился на Арину, которая замерла как ковбой перед выстрелом, и тоже не шевелился, как второй ковбой на дуэли. Некоторое время они смотрели друг на друга в упор, и каждый из них ждал, что предпримет соперник. И каждый хотел дуэль выиграть.

Арина замахнулась, но опускать на голову зверька полотенце не стала, задержалась. Хотя и решила для себя, что все равно по часам шлепнет. Лишь бы этому проходимцу досталось. Авось и часы успеет поймать, если падать начнут. В любом случае вряд ли стекло полотенцем разобьет. Поэтому приготовилась к решающему удару, наблюдая, в какую сторону помчится зверушка, чтобы попасть по ней наверняка. И угадала!

Когда Арина дернулась вправо, зверек скакнул влево, но именно туда и полетело полотенце, накрыв наглую скотину. Однако подняв орудие битвы, Арина никого под ним не обнаружила, а только почувствовала, как опять закололо в левой руке. Да что ж такое? Девушка сразу же кинулась осматривать руку, думая, что зверек ее укусил. Не хватало только еще бешенство подцепить. Мало ей сегодня пряток на мусорке.

Однако на руке укусов не оказалось, а только каким-то странным образом заструился рисунок, сделанный коричневой хной. Как будто он бежал от большого пальца, расцветая узорами, и наконец, остановился, достигнув плеча. Иглоукалывание сразу же прекратилось. Арина повертела головой, пытаясь увидеть хоть какое-то движение на кухне, и прислушалась, надеясь услышать шуршащие звуки где-нибудь в углу. Но нет. На кухне, да и вообще в квартире, было тихо.

Тогда Арина повесила полотенце на прежнее место и уселась на табурет. Отхлебнула совсем остывшее какао, но больше пить не стала. Уже невкусно. Поставила кружку на стол, вздохнула и пошла доставать батон из хлебницы. Вытянула руку с кусочком перед собой и засюсюкала:

— Кис-кис, иди кушать. Эй, ты где?

Но ответом была тишина. «Божечки мои, неужели я его убила? — подумала разочарованно. — Я ведь не хотела совсем».

— Эй, я хлебушка достала. Кис-кис, иди сюда.

— А драться не будешь? — басок прожурчал прямо у нее из левой руки, и Арина увидела, как над ее запястьем приподнялась мордочка бурундука.

— Вылезай, — благосклонно пригласила Арина зверька к общению. — Свинячить не будешь, отдача не прилетит.

Заставлять себя ждать бурундук не стал. Волна иголок сразу же заструилась по пальцам девушки и как струйка коричневой воды стала стекать с плеча в ладонь. Затем превратилась в знакомого зверька, усевшегося на столешнице. Он с подозрением глянул на Арину и осторожно сполз со стола на табурет, скромно обосновавшись в самой его середине.

— Хлеб-то давай, — протянул передние лапки.

Арина сунула ему кусок батона, и тот хрумко зачавкал.

— Начнем сначала? — спросила Арина зверька, усаживаясь на соседний табурет, усмехнулась, что наглая скотина вдруг стала такой скромнягой. Все-таки трепка всем идет на пользу. — Ты кто? — и подумала, если опять ответит «конь в пальто», она полезет за полотенцем.

— Ну, ты же почти догадалась, — деловито заметил своим хрипловатым баском зверек. Увидел, что Арина стала тянуться к полотенцу, тут же исправился. — Я не бурундук, я белка. Глаза-то разуй, — и перестал чавкать, уставившись на Арину.

— Ну, по мне так без разницы, — хмыкнула та. — И на того, и на другого похож. Бурундук смешнее звучит.

— Я не полосатый, — возразил ей зверек и снова принялся за еду.

— А имя у тебя есть? Обычно первым делом представляются, — пыталась разговорить зверька. — Меня вот Арина зовут.

— Рина, значит, — задумался зверек. — Попробую запомнить. Хотя мне вряд ли пригодится. До завтрашней ночи доживешь и ага… Поменяю пассажира.

Арина сразу обратила внимание на его слова, но решила спрашивать по порядку. Сначала имя, затем все остальное. Хотя намеки, что протянет она только до следующей ночи, ей очень не понравились. И конечно выяснить, почему так случится, непременно захотелось. Потому что совсем не собиралась она умирать в самом расцвете сил. Она даже замуж ни разу выйти не успела. А скоро тридцатник. И помирать? Ну, уж нет. Не дождетесь!

— Ну и… — протянула Арина, пристально уставившись на зверька и требуя продолжения ответа.

— Бастурион Шепард Круль Азард Третий, — доев хлеб, зверек встал на задние лапки и изобразил что-то похожее на поклон. Но тут же не удержался и по своей привычке съязвил. — Довольна?

— Бася, значит, — усмехнулась Арина, решив ответить тем же. — Весьма приятно, — изобразила правой рукой реверанс.

— Вот коза малолетняя, — нахмурился Бася и снова съехидничал. — Мне тоже приятно и бла-бла-бла. Ну что, легче стало?

— Легче не легче, но теперь знаем, кого как зовут, — пожала плечами Арина. — Переходим к следующим вопросам. Почему ты разговариваешь?

— Ты что, книжки самиздатовские не читаешь? — удивился ее вопросу Бася. — Так вот там у каждой приличной ведьмы должен быть свой фамильяр. Я волшебный, поэтому и разговариваю, балда.

— Фамильяр? — переспросила Арина, раздумывая. Но в голове никак не укладывалось, потому что ведьмой она точно не была ни разу. — А я-то тут причем?

— Мозг включи… — начал было Бася, но Арина его прервала.

— Хватит грубить, объясни нормально. А то опять рассержусь.

— Ладно, все равно тебе предстоит все узнать, — зверек достал с табурета кусок колбасы и плюхнул его на тарелку, затем облокотился лапками на столешницу, положил на лапки голову и стал рассказывать.

Полноценной ведьмой Арина еще не стала, так как заклинание не прочитала и не выбрала себе природную ипостась из списка, который сунул ей в карман шубы парень в гномьей шапке. Так что сегодняшнюю ночь она благополучно переживет, чего нельзя сказать о следующей.

— Заметила, какой у тебя шикарный цвет волос стал? Настоящий ведьминский, — усмехнулся Бася и с гордостью заявил. — Это я постарался. Чтобы я как татуировка гармонично на тебе смотрелся. А то седая блондинка с татуировкой — фи-фи-фи.

— Тоже мне эстет, — хмыкнула Арина. — Завтра обратно перекрашусь, — показала белке язык.

Зверек скорчил какую-то непонятную гримасу, но ничего на это не ответил. Стал пояснять дальше.

Заполучив своего фамильяра, Арина отвертеться от ведьминской сути теперь не сможет. И надо продержаться ей в этой сути три дня. Потому что в этом и состоит вся задумка игры, которую затеяли один старый маг по имени Эльсенуор и один молодой демон по имени Вельзеран.

— Эти два идиота… — Бася увидел, что Арина отреагировала на его высказывание выпучиванием глаз, и повторил. — Эти два идиота на одной из иномирских вечеринок, где собираются маги, демоны и прочие представители волшебных существ, закусились в споре кто в магическом мире сильнее.

Старый маг после пятой кружки фейской альбомаки (забродивший нектар такой) утверждал, что только ведьмаки и ведьмы сильнее в магии и хитрее интеллектуально, чем разные там тупые демоны. С ним не согласился Вельзеран, сын предводителя клана Кернутоля, который давно недолюбливал Эльсенуора за его нелестные высказывания о демонах. Ну и нашла коса на камень.

А чтобы не бросаться словами и не перетирать из пустого в порожнее Вельзеран решил на деле доказать, что демоны клана Кернутоля ни в чем не уступают магам. А когда Эльсенуор после седьмой кружки альбомаки договорился до того, что демона сможет обмануть даже неподготовленный человечишка, только-только ставший ведьмаком или ведьмой, Вельзеран и предложил ему сразиться.