— Ты собираешься ей сказать?

— Не хочу.

— Ты спятил? Она, как никто другой, заслуживает знать правду! Майло написал ей. Он любил ее!

— И что теперь? Он мертв, Барри. А Одри… она поймет, что я не писал то письмо. Она узнает, что я не способен открыть ей свои чувства. Она посчитает меня слабаком. И тогда все, что между нами происходит сейчас, испарится! Она не станет со мной общаться, Барри. Как ты не понимаешь?

— Знаешь, кто ты, Сайлас?

Барри грозно смотрел на друга.

«Кто?» — мысленно спросил Сайлас.

— Эгоист.

Слово разило Сайласа, словно гром.

— Чего?! — возмутился Сайлас. — Никакой я не…

— Да-да, Сайлас! Самый настоящий! Майло больше нет. Он никак не может тебе помешать!

— Даже после своей смерти он еще может стоять между мной и Одри.

— Одри подумала, что то письмо написал ты, а не Майло! Она заведомо думала о тебе, дурак! Ты поступаешь жестоко, скрывая от нее правду. Это неуважение ни к Майло, ни к ней, ни к себе, Сайлас.

— Что это изменит, Барри? Скажи мне на милость! Что изменится внутри меня, если я расскажу ей правду о письмах и чувствах Майло?

Барри поднялся с песка. Все это время они сидели на берегу Океана.

— Я тебе скажу, что изменится, Сайлас, — Барри смотрел на друга сверху вниз.

Пауза.

— Ты перестанешь чувствовать себя полным идиотом.

С этими словами Барри пошел мочить ноги в воду, оставив Сайласа наедине с собственными мыслями.

Сайлас так и не признался во всем Одри. Когда на пляж пришли девочки, и Барри дал возможность Сайласу все высказать Одри, он промолчал.