Не то чтобы выживание в незнакомой местности было моим коньком, но путешествовать вместе с людьми, один из которых всерьёз думал убить тебя пару минут назад, выглядело не менее рискованным.

На кладбище осталась одна Ланда. Она махнула рукой, подзывая к себе.

— Чего застыл? Давай сюда.

Она дождалась моего приближения и скороговоркой что-то пробормотала себе под нос. Камни на обелисках на секунду засияли и так же быстро погасли.

Поймав мой взгляд, блондинка пожала плечами.

— Они никогда не убираются за собой. Видимо, считают, что запах скверны естественен.

Лично я никаких запахов не чувствовал, кроме отчётливого аромата духов магички, но что-то заставляло усомниться, что она имела в виду его. Ланда откинула прядь волос, что лезла ей в глаза, и указала в сторону, куда ушли остальные.

— Ждёшь дополнительного приглашения?

У кладбища начиналась грунтовая дорога посредственного качества. Она была чуть шире легкового автомобиля, но проехать по такой на машине оказалось бы задачей не из лёгких: ямы, выбоины и ухабы составляли её большую часть, а на середине то и дело норовили вынырнуть корни деревьев. Справедливее было бы назвать эту дорогу лесной тропинкой, которую кое-как сгладили людские ноги.

Эта тропинка, что притворялась дорогой, вывела к деревне, окружённой метровым частоколом. Животных, к моему удивлению, было немного. Я-то полагал, что деревенский быт включает в себя выпас коров, коз, ухаживание за курицами, гусями и… Городское мышление на этом моменте начинало буксовать, и я решил удовлетвориться тем, что на глаза попалась парочка утят. По крайней мере, на мой неискушённый взгляд, они походили на утят.

Деревня не производила впечатления зажиточной, однако изгороди домов крепко стояли на земле, сами дома, хотя и одноэтажные, выглядели обжитыми и ухоженными, а соломенные крыши — свежими. Смущали пустые проёмы окон, но, наверное, уровень технического развития здесь был не настолько высок, чтобы обеспечить стеклом крестьян.

При приближении к деревне дорога изрядно сгладилась, а в центре поселения и вовсе развернулась в маленькую площадь, на которой было не протолкнуться от людей. В основном на ней сновали солдаты в кожаных доспехах с металлическими вставками, однако попалась и парочка полностью облачённых в металл рыцарей, вероятно, командиров. Они руководили погрузкой припасов в несколько крытых телег.

Поодаль стояли старики в расписных кафтанах, которых я видел ранее. Похоже, они являлись местными старейшинами. Их дома бросались в глаза сразу: на крышах лежала черепица, по стенам ползла незатейливая роспись, а украшенные ставни выделялись среди общей картины опрятной бедности.

Маятник настроения качнулся в обратную сторону. Я ощутил прилив энергии и с интересом завертел головой, впитывая новые впечатления. Происходящее выглядело не то сверхправдоподобной игрой, не то массовой ролёвкой, и чувство реальности происходящего начало истаивать.

Может быть, если уж я в новом мире, то у меня должны быть супер-способности? И избранное предназначение? Чёрт побери, не так уж мало исекаев я посмотрел, чтобы не знать, как это работает! Предположим, в этом мире есть Лорд Демонов, которого нужно одолеть. И поможет мне с этим справиться… гарем? Я представил Веронику с кошачьими ушками и поёжился. Даже попытка соблазнить её выглядела безнадёжной затеей. К тому же она больше смахивала на прислужницу зла, чем на воина света. Какой добрый герой захочет иметь алые радужки?

Долго витать в облаках мне не дали.

— Юноша, не составишь компанию? — Эвакил, сидевший на задке телеги, похлопал по месту рядом с собой. Я с радостью забрался к нему. Священник с самого начала показался единственным адекватным человеком среди главной троицы.

— Честно говоря, я опасался, что меня заставят ехать верхом, а опыта в этом у меня никакого.

Эвакил рассмеялся.

— В интересном месте ты жил, если незнакомцу там давали верхового коня! Мои слова могут показаться грубостью, но твоя важность заключается скорее в необычности появления… и, возможно, в обвинениях, которые ты выдвинешь на комиссии. По крайней мере, на последнее надеется госпожа Ланда.

— Обвинениях?

— Госпожа Вероника использовала тёмную магию, чтобы подтвердить, что ты человек. Если занять буквалистскую позицию, это можно расценить как нападение, что выливается в нарушение Соглашения. К слову, юноша, как тебя зовут?

— Накагава Такуми.

— Накавакуми? — повторил Эвакил, в его глазах отразилось секундное замешательство.

— Накагава будет достаточно, — сказал я. Всё-таки мы не были близки, чтобы он обращался ко мне по имени.

— Странное сокращение. Я бы предпочёл Накава, раз уж это первая часть имени…

— Это имя и фамилия. Такуми — имя, Накагава — фамилия.

Священник в недоумении почесал затылок.

— Так ты, юноша, благородных кровей? Теперь понятно, почему ты удивился, когда тебе не дали лошадь… Но разве дворян не обучают с детства езде?

В области лба зародилась глухая боль, будто изнутри по нему стучали десятки крошечных молоточков.

— Нет, я… Такуми будет достаточно. Та-ку-ми.

Если вдуматься, одно то, что мы понимали друг друга, изрядно удивляло. Следовало ожидать мелких культурных различий.

— Предполагаю, что ты издалека.

Я понятия не имел, насколько велик этот мир, но, скорее всего, я был бесконечно далеко от дома. Так что я кивнул, предпочитая не вдаваться в детали.

— Похоже, даже не с Мельты, — продолжил Эвакил, — По крайней мере, не припомню таких одежд на жителях Восточного и Западного Осколков.

— Мельта — это ваше государство?

Священник хмыкнул.

— Ты не знаешь даже этого? Мельта — самый большой остров Мельтинского архипелага. На нём располагаются три… пожалуй, что четыре… государства. Хотел бы я сказать, что они освящены милостью Триединых, но если говорить о людских королевствах… часть Реманской империи к северу отсюда несколько поколений назад развалилась на две вечно враждующих страны, а что до нашего Аглора… — он пожал плечами, — Западная часть занята Мадилом, включая бывшую столицу. Как говорил отец: ты заснул в морской державе, что славилась торговыми судами, а проснулся в сухопутном огрызке вдвое меньше.

Я заметил возмущение в толпе. К нам кто-то пробирался. Наверное, пробирался не совсем правильное слово: люди расступались перед Вероникой, ведущей в поводьях лошадь. Лошадь эта выглядела необычной по сравнению с теми, что принадлежали солдатам: она была абсолютно чёрной, поджарой до степени лёгкого истощения, а мордой напоминала скорее хищника, чем травоядное животное. Грива её отливала хитином.

— Была бы признательна, если бы вы прекратили вливать ложь в уши нового подданного Владыки.

— Мы всего лишь обсуждали геополитические особенности нашего острова. Похоже, вы призвали этого юношу — по имени Такуми — из очень отдалённого места. И к тому же далеко не факт, что комиссия признает его принадлежащим Мадилу.

Уголок рта Вероники дёрнулся.

— Человек предполагает, а Владыка располагает. Я бы хотела поговорить с… Такуми.

Не видя моего умоляющего взгляда, а возможно, попросту игнорируя его, Эвакил с трудом спустился на землю. Рама телеги скрипнула. Массивное брюхо жреца качнулось, когда он кивнул Веронике.

— Встретимся чуть позже, Такуми. Береги себя, — с этими словами он двинулся к старейшинам, без особых усилий проходя через толпу, как ледокол среди северных льдов.

Я решительно не понимал, как следовать напутствию Эвакила, когда рядом со мной стояла девушка с кинжалом, который, казалось, создали специально для ритуальных убийств. Вероника без усилий вскочила на подножку и уселась рядом со мной.

— Сложи ладони лодочкой и вытяни вперёд.

Я подчинился, и она обхватила мои руки своими. Несмотря на тайные опасения, её ладони были тёплыми, как у любой нормальной девушки, хотя кожа на них однозначно была намного грубее, чем моя. Я немного расслабился. Комок подозрений в том, что она была ходячим трупом или кем-то в этом духе, зревший в сердце, рассеялся.

В такой позе прошла минута. Руки начали зудеть, словно их било статическим электричеством, но кроме этого, не происходило ничего. Я заскучал и подумывал о том, чтобы спросить, как долго ещё придётся сидеть так, когда над моими ладонями возник крошечный пульсар тьмы. Из него во все стороны выстрелили протуберанцы энергии, и я испуганно дёрнулся. Ощутить все прелести контакта с опасной, судя по виду, магией совсем не хотелось.

Вероника удержала меня на месте.

— А теперь сосредоточься на шаре. Мысленно представь, как впускаешь в него энергию. Сделай его больше.

Пришлось подчиниться. Я зажмурился и вообразил, как концентрирую в теле волну силу со всего тела и вливаю её в огонёк у ладоней. Сперва ничего не получалось, но спустя несколько попыток я ощутил, как энергия действительно копится во мне и затем изливается наружу. Правда, сопровождалось это испариной на лбу и чувством, будто пробежал пяток километров с гигантским рюкзаком за спиной. Дыхание сбилось, сердце колотилось как бешеное. Я открыл глаза и увидел, что пульсар стал примерно на треть больше.

— Достаточно.

Вероника отпустила мои руки, и я тут же встряхнул ими. Огонёк исчез.

— Чт-что это было?..

— Проверка твоих магических способностей. Ты определённо обладаешь даром, хотя и посредственным.