– А теперь нам придется сражаться, – ответила Старуха. – Можно вернуться к старым знакомым, уверена, они не откажутся от нашей помощи, а заодно поделятся своими секретами. Ты же слышала уже, что они устроили в мире охотников?

– Только то, что трое разгромили всю их армию, – Сарана принципиально старалась не изучать новости о чужих успехах. Слишком они ее раздражали.

– Двое. Там были только Кот и Карик, остальные местные. Увы, что это устроили именно они, пока непонятно, но уже скоро у нас будет возможность увидеть все своими глазами.

– Уйдем? Если Кот и Карик уничтожат королев, им станет не до нас. И мы спокойно продолжим старую жизнь.

– Ты забыла? Если мы пойдем этим путем, то уже скоро нам придется бежать не от лучших воинов мироздания, а от третьесортных божков какого-нибудь заштатного мира.

– Тогда… – Саране так не хотелось, чтобы сестра оказалась права. Нужен был новый план, который принадлежал бы только ей. – Может, мы сразу начнем искать свой путь? Не присоединяться к твоим бывшим врагам, – она специально выбрала именно это слово, – а бросить им вызов!

Саране показалась очень красивой мысль предложить сестре именно то, чего та всегда и хотела. Но направить ее при этом против всего старого мира, против той части жизни, что та прожила без нее. Эгоистично? Саране было плевать.

– Сразиться и в бою стать сильнее? – Старуха задумалась. – Это возможно, но это и очень рискованный вариант. Учти, жалеть нас никто не будет, и тебе стоит сразу смириться с тем, что королевы не победят. Мы пойдем в бой, мы тоже проиграем, мы стерпим все раны и все обиды, что нам нанесут, но будем стоять до последнего, цепляясь за жизнь. Так будет. И, пройдя этот путь, мы попробуем обрести новую силу. Ты уверена, что сможешь?

Сарана тогда согласилась со Старухой, но не поверила ей. Пусть сестра еще ни разу не ошибалась, ей так хотелось, чтобы мир повернулся к ней лицом… Она как никто другой была этого достойна, она особенная, она так этого жаждала! Но мир не повернулся! Наоборот, лишил ее лица. Растоптал ее гордость. Только сейчас Сарана по-настоящему осознала, что имела в виду Старуха, говоря о ранах и обидах… Они проиграют, даже если выживут. Более того, если выживут, они не смогут мстить, потому что тогда их просто убьют. Жизнь! Ее жизнь была важнее всего на свете!

Ненависть в сердце Сараны отступила. Майя, решимость которой она чувствовала благодаря камню Ментала, уже готова была ее добить, но заметила эти изменения и опустила руки.

– Хорошая девочка, – жена Кота подлетела к Саране и потрепала ее по голове. Так хотелось ответить, выплеснуть боль и раздражение, но Сарана знала, что это проверка. Не сдержишься – умрешь. Все как говорила сестра. Как же раздражает такой мир и такая жизнь.

А еще эта мерзкая ухмылка на губах Майи! Как бы хотелось стереть ее вместе с половиной черепа. Как у нее самой… Сарана не заметила, как последняя мысль захватила ее – она так привыкла отдаваться на волю своим желаниям, верить, что они важнее всего. Правая рука пошла вверх, чтобы выплеснуть силу изменения, но ее враг оказался быстрее. Еще одна волна знака Гатс, и Сарана полностью лишилась сил. Энергии не было, ее забрала Майя. Эмоций тоже не было, их Сарана выжгла сама, раз за разом прокручивая в голове мысли о провале. В ней ничего не осталось.

Сарана уже не видела, как ее тело закувыркалось и полетело вниз, чтобы разбиться об острые камни. Не слышала, как Майя подлетела к Старухе, и они без лишних споров и криков обменялись спокойными, холодными фразами.

– Понимаешь?

– Понимаю. И знала, что так и будет, как только ты встала перед нами. Ты – как Кот, он не оставляет за спиной врагов. А Сарана – она не могла смириться с потерей мечты, а ты не могла не заметить, как это превращается в яд в ее сердце.

– Воскресишь ее?

– Да. Башня еще за мной, с прошлого раза как раз год прошел.

– Тогда в следующий раз не забудь воспитать ее. Понимаю, ты потеряла сестру и, когда нашла, готова была одарить чем угодно. Но к чему это привело? Наивная – она считала, что мир должен быть таким, как хотелось именно ей. Эгоистичная – то же самое она думала и о людях вокруг, в том числе о тебе. Она делала вид, будто слушает нас, но в глубине души ни мгновения не сомневалась, что должно быть либо по ее, либо никак. Впрочем, ты уже один раз получила ножом в спину, когда пошла против ее желаний перед испытанием.

– И все же она меня любит… Не любила бы, не воскресила.

– Она любит свое представление о сестре, не тебя. Не позволяй чувствам тебя обмануть.

– Ты уверена?

– Это ты уверена, что я права. Иначе бы не отпустила ее в это сражение, не дала столкнуться со мной. Ты знаешь, что я читаю людские души даже лучше Кота, и хотела узнать мое мнение. Ты его узнала, дальше думай сама.

Старуха кивнула, и Майя позволила ей открыть проход к башне Смерти. Этот бой подошел к концу.

* * *

Я слышал через Майю ее разговор со Старухой, и было грустно. За нее, за повелительницу Смерти, которая так отвыкла от людей рядом с собой, что дала вернувшейся сестре превратиться в чудовище. Милое, похожее на ребенка, который не понимает, что такое хорошо и что такое плохо, который еще не научился думать о ком-то кроме себя – но все равно чудовище. Возможно, сестры еще не поняли, но Майя дала им шанс… Растоптала Сарану, заставила ту саму выжечь старые чувства, и теперь в этой пустоте могло родиться что-то новое. Если одна захочет, если другая поможет…

– Хватит бегать от меня, жалкий божок! – Луна смогла выбить меня за пределы войска големов и теперь, перепахивая тонны земли, гоняла из стороны в сторону. Не так уж и опасно. Если не останавливаться и сосредоточиться только на знаке Перемещения Аруф, то в процессе можно даже подумать о том, что творилось вокруг.

– Божок? Как неуважительно по отношению к тому, кто уничтожил пятьсот сорок семь твоих слуг! – показалось, что Луна начала терять интерес, и я решил поддержать разговор.

– Думаешь, это много? Твоя сила все равно ничто на моем фоне, – Луна снова сосредоточила на мне все свое внимание. Кстати, кажется, она не просто так меня гоняет, а формирует какой-то рисунок… Впрочем, было бы странно, веди она себя как дикий зверь, живущий только по воле инстинктов.

Я постарался уйти подальше от перепаханной Луной поверхности, но кусок пространства передо мной просто-напросто пропал. Меня словно силой запихнуло в портал, а потом выкинуло в миллиметрах от поверхности, впечатав в нее. Словно ногой пнули – столкновение и новая аномалия прямо подо мной опять отправили тело в полет. Голова начала кружиться от следующих один за другим рывков. Будь у меня послабее разум или вестибулярный аппарат, мог бы и поплыть. Луна явно готовилась поставить точку в нашей гонке, когда я выпустил ауру Поглощения, а потом насытил сломанное пространство вокруг себя знаком Мистери.

Если Луна его перекромсала, то я теперь восстанавливал. Выходило не быстро, теперь я мог передвигаться максимум шагом, но, главное, мой кувыркающийся полет закончился, и я смог прийти в себя.

– В любом случае теперь тебе не уйти от драки, – Луна как будто ни капли не расстроилась. Впрочем, а чего ей? Со своим фиолетовым знаком изменения она ни на мгновение не сомневалась в победе. – Твоя миссия провалена, а ты сам скоро умрешь. Чувствуешь, как отчаяние просыпается внутри тебя?

Если фокус с пространством в ее исполнении оказался удачным, то вот попытка сломить мою волю выглядела просто жалко. Пожалуй, даже Кейси со всем ее ребячеством смогла бы подобрать слова и момент получше. Может быть, показать пример? Тем более что Том Пау уже секунд десять сигнализирует о готовности начинать.

– Знаешь, меня удивляет, что ты до сих пор считаешь, будто моя задача не выполнена, – я смотрел прямо в огромные фиолетовые провалы глаз.

– Ты пытался сделать больше и не смог, – Луна была уверена в себе.

– Мне надо было уничтожить тысячу твоих големов, – я спокойно назвал цифру.

Луна вспыхнула – сначала удовольствием от того, что разгадала мой план, а потом от раздражения, не понимая, зачем я начал все это рассказывать.

– Видишь, ты сам признаешь провал.

– Я просто напомнил, что всего один бог из нашей армии уничтожил полтысячи твоих слуг. Слабоваты они оказались.

– Ты не один бог! Ты – один из лидеров вашего мира, думаешь, я ничего не знаю о тебе, Проклятый Кот?

Я стоял в той же позе. Со стороны могло показаться, что Луна раз за разом отбивает мои аргументы и даже лидирует в нашем споре, но это было не так. Нельзя просто обрушить какой-то особый мощный аргумент на человека, рассчитывая, что тот его раздавит. Возможно, сотни лет назад, когда в слово верили, как в истину, такое могло бы случиться… Сейчас же мир изменился, в чем-то стал развращеннее, но сильнее. Даже обычные люди привыкли уворачиваться от слов: что бы вы ни сказали, какой бы бесспорной правдой это ни было, их мозги будут защищаться, находя любые оправдания, почему это ложь или не имеет значения. С таким подходом стало сложнее кого-то в чем-то убедить, но гораздо проще уничтожить. Вот и сейчас я сначала давал Луне возможность отвечать, создавая фон для будущего удара, а когда пришло время, сделал знак Тому Пау и его следователям, которые пробрались за спину противникам еще во время первой змеиной высадки.