— Хорошо, на сегодня достаточно, сейчас немного растяжки и можете отправляться на ужин.

Солдаты отправились на растяжку, их лица сложно было назвать радобстными, мало кто уделял достаточно внимания данному виду физической деятельности, но слово против никто не сказал. Дара привычно растянулась в поперечном шпагате между двух столбов.

— Ну вот как? Как это возможно, мы уже не в том возрасте, чтобы так тянуться.

— Это не повод не тянуться вообще. Было бы желание, а умение придёт. Мне мой учитель вначале говорил, что мне деревеньщене особо многое не светит, хотя, наверное, и сейчас он не считает меня особым талантом. — девушка, смолкла, поняв, что сболтнула лишнего. Однако, слово не воробей, вылетит — не поймаешь. Посыпались вопросы.

— А кто ваш учитель? Если для него такой уровень — это уровень деревенщины?

— Я не знаю его настоящего имени, не будем об этом. Все свободны. У вас есть пятнадцать минут на ужин, и пол часа перед сном. Подъем в пять утра.

— Пять?! — послышались возмущенные шепотки.

— Еще слово — и будет четыре.

Ропот стих, солдаты отправились в столовую. Дара еще немного потренировалась и отправилась в душевую. В голове пытались оформиться мысли, как отпроситься у принца в отгул через две недели. Нет, она, конечно же, еще не приняла решение, но отгул нужно было оговорить заранее. К Легоссиилу сейчас было лучше не подходить, его, видимо, укусила какая-то муха. Хорошо бы подойти к Элу, но он бывает крайне редко в казарме, пропадает неизвестно где. При мысли о темном эльфу сердце заныло, и захотелось увидеть его, поговорить, понять, действительно ли у него серьезные намерения. А с другой стороны ей хотелось добиться успеха в среде воинов. Она металась меж двух желаний, ну почему, почему в этом мире так сложно быть женщиной? После душа девушка отправилась в казарму — весь отряд уже сопел в две дырки, видимо подъем в пять утра был воспринят крайне серьезно. Вот и замечательно. Дара тоже легла, и еще довольно долго ворочалась. И в какой-то момент просто провалилась в сон.

То, что перед ней уже сон, девушка поняла, когда увидела тот же величественный замок на горе, как за несколько дней до этого.

— Рад тебя видеть.

Дара резко повернулась, чтобы увидеть эльфа, он стоял и изучающе смотрел на нее.

— Это ведь не совсем сон?

— Сон, но один на двоих.

— Темная магия?

— Не совсем, я бы даже сказал светлая, самая светлая, если захочешь — я тебе расскажу, но только через две недели.

Он приблизился и протянул руку, заправляя выбившийся из ее косы локон.

— А что ты можешь рассказать сейчас?

— Что тебя интересует? Я постараюсь ответить.

Дара задумалась о чем же спросить? Пока она раздумывала, сбоку от нее стало расти черное облако, девушка даже не успела ничего понять, как облако взвыло.

— Ну наконец-то!

И поглотило ее полностью, девушка оказалась в мягком и теплом коконе, который с огромной скоростью несся вниз. Неужели это все? Пронеслось у нее в голове. Сейчас я попаду в ад, и поджарят меня на углях демоны этого мира. Падение прекратилось так же резко, как и началось. Дара выпала в траву, и не успела ничего понять, как вновь услышала голос.

— Нашел!

И она оказалась в огромных и таких родных объятиях орка.

— Гхнык! Как?

— Как, как! Я всех шаманов замучил, пока удалось найти способ с тобой связаться! Куда же тебя занесло? Бросила брата на растерзание! Отец совсем на меня все переложил, после моего возвращения. Ну и по шапке сначала надавал за то, что у меня теперь есть кровная сестра человек, но потом я его убедил, что ты самая лучшая, во всех смыслах этого слова.

Было видно, что ему не терпится с ней поделиться новостями, что с ним произошло и как живется после прохождения испытания. Дара в кратце описала место, куда попала и свои успехи.

— Так, у меня хорошая новость — мы с тобой в одном мире, а плохая то, что я нахожусь на другом материке и орки давно не общаются ни с людьми, ни с эльфами.

— Придётся мириться…

— Придется, но я что-нибудь придумаю!

Он порывисто ее обнял.

— А настырный у тебя собеседник.

— Ты о чем?

— Да эльф этот, сюда пытается прорваться, и не устает же! Но тут я на своей территории, да и ты тоже, ведь в тебе кровь детей степи.

Он развел руками, указывая на бескрайнюю степь, которая их окружала.

— Пытается прорваться? Зачем? Это же просто сон.

— С одной стороны — да. С другой, если умереть в таком сне — умрешь и реальном мире. Да не переживай, — поспешил успокоить ее орк, — практически никто так не умеет давно уже.

— Что-то слабо верится, я только и делаю, что общаюсь во сне. Не сон, а проходной двор!

— Ну, орки-шаманы, и для них это умение крайне затратное. Мне пришлось самому усердно учиться и силы хватило впритык на обряд, так что мы с тобой не скоро будем общаться. Плюс ты же далеко. Это тоже накладывает отпечаток.

— А вот эльф очень часто заходит, хочу я этого или нет.

— У них свои методы, и те не со всеми работают, читал я про них, пока искал информацию, как с тобой увидеться, но точно не помню. Я поищу — в следующий раз расскажу. Вот же настырный! — рассерженно прорычал орк. Гхнык погасил очередную алую точку, которая попыталась вырасти перед ее носом.

— Ладно, у меня силы на исходе, я тебя сейчас выведу к тебе в сон, встречаемся через месяц, постарайся не привести на хвосте этого малахольного эльфа,

— Договорились, но не обещаю, он крайне самостоятельный.

Орк улыбнулся и обнял ее, после чего растаял, а ее подхватил поток и понес вверх, легкие сдавило, воздуха не хватало, полет прекратился, и девушка очнулась с вскриком и глубоко и часто задышала.

Отряд мирно спал, лишь Илис пристально на нее смотрел.

— Пойдем, выйдем, что-то мне подсказывает, что не совсем простые у тебя кошмары, командир.

— Я знаю, но не могу контролировать это.

— Пойдем, я думаю, я смогу тебе немного помочь.

Глава 26

Глава 26

Война

Змей пристально смотрел на Дару, потом подал девушке пузырек со снотворным, которое выдал ей Мак.

— Думаешь это поможет?

— У меня просто кошмары, это пройдет.

— Я знаю, что это не правда.

— Почему ты так решил?

— Потому, что у меня в народе общение во сне — это норма, поэтому нас практически и не осталось.

— Нас?

— Кашерианцев.

— Я не слышал о таких. — Дара мысленно вспоминала о всех народах в книгах эльфов, и ничего, хоть отдаленно похожего на каршерианцев, в голову не шло.

— Не удивительно, нас давно уничтожают, мы просто ушли в тень, да и не осталось почти никого. — Змей грустно улыбнулся. — Наша община одна из последних. Не уверен, что остался кто-то еще.

— Так ты тоже умеешь эту всю магию?

— Немного, я не захотел учиться, как хотел этого отец, был молод, горяч и самонадеян. Я сбежал из дома, в надежде завоевать мир, а на практике — попал в плохую компанию, упрямый и своенравный, заработал себе лихую славу, а потом угодил в тюрьму, свои же и предали. Дальше ты знаешь.

— Мне жаль — девушка ободряюще улыбнулась.

— Не стоит, я сам виноват.

— Мне все равно жаль, что тебе пришлось пережить столько бед.

— Значит, так нужно было, — он улыбнулся, — ничего не происходит просто так. Послушай, я чувствую, что у тебя сны необычные, ты хоть понимаешь, что это опасно?

— Но…

— Даже если к тебе туда приходят с благими намерениями — это вытягивает твой внутренний ресурс, а сегодня твой дух умчался так далеко, что я думал ты и вернуться не сможешь.

— И что же мне делать? Не спасть?

— Думаю, что смогу изготовить для тебя амулет, который сможет контролировать уровень уходящей энергии, но это займет время. Месяц, думаю не меньше. А до этого, нужно закрыть твои сны, совсем.

— А если мне нужно будет связаться с кем-либо?

— А если ты просто не справишься и умрешь? — передразнил ее Змей.

— Как ты это сделаешь?

— Я умею закрывать сны, но минимально — месяц. Потерпишь без своих ночных собеседников?

Дара задумалась, Гхнык выйдет на связь только через месяц, так что тут все нормально, да и от принца отдохнуть, подумать о его словах в спокойной обстановке, чтобы никто не мешал своими появлениями.

— Думаю, что месяц вполне приемлемое время, заодно отосплюсь. Что для этого нужно?

— Ничего, только твое согласие.

Он сделал к ней шаг, положил ладонь на лоб, прикрыл глаза, и мир для нее померк.

Зорк стоял на главных воротах и смотрел вдаль, на лес, хорошо бы на выходных сходить поохотиться. В общем и целом, он был доволен своей жизнью, работа хоть и монотонная, а что поделать, сутки стоять на воротах и смотреть в лес, не шибко весело, но жалование было вполне себе достойным, плюс живешь себе в казарме, там же и питаешься, и пусть в свои сорок три у него не было жены и детей, но зато в выходные можно было сходить в таверну, выпить пива, послушать скальдов. А кому нужна жена? Одни растраты только, а Зорк привык тратить только на себя. Он сладко зевнул, а вот сегодня после смены можно зайти в «Рога и Копыта» выпить замечательного темного эля, и еще заказать гренки с чесноком, да чтоб чесночка побольше…

Это была последняя мысль стражника ворот Зорка, прежде чем он получил стрелу в глазницу. Армия Люция ворвалась в город внезапно, не скрываясь, не стараясь сохранить город или взять кого-либо в плен, оголодавшее войско демонов просто ворвалось в город, как горячий нож в кусок сливочного масла. Жаждущие крови твари уничтожали каждого, кому не посчастливилось оказаться на их пути. Небольшой городок у границы пылал и умирал в агонии отданный на растерзание существам, пришедшим из хаоса. Он был отдан в качестве пищи голодной армии, сдерживать которую некроманты Люция уже не могли, и им было проще отдать никому не нужный город соседа, чтобы самим не стать жертвой тварей.