— Вы правы, — Фрегор облизнул губы, — разумеется. Теперь ваша очередь, капитан.

Гаор успел ощутить, как ослепительное белое пламя поглощает его. И он полетел в сверкающую, обжигающую холодом, уничтожающую его белизну.

— В дом, — коротко приказал детям Коррант. — А вы… какого аггела?! Я вам отдал всё, что было.

— Но-но-но, — предостерегающе поднял ладонь Фрегор. — Сделка честная и законная. Я продал вам своего личного раба. Цена согласована, документы оформлены. Плата мне, вам раб.

— Плату вы взяли.

— Правильно, — хлопнул себя по нагрудному карману Фрегор. — А раб вот он. Берите и владейте.

Рассмеялся в лицо опешившему Корранту и побежал к кабине.

И только, когда, пронзительно взвизгнув тормозами на укатанном снегу и чиркнув бортом по снежному валу у ворот, необыкновенная машина вылетела со двора, Коррант вышел из оцепенения и стал распоряжаться.

— Куконя! Детей в дом, напоить горячим. Гриданга водкой растереть, грудь и спинку.

Убедившись, что дети в доме, повернулся к неожиданной новокупке. Голый раб стоял по-прежнему неподвижно, запрокинув голову и закрыв глаза.

— Как тебя, Рыжий, что ли, очнись.

Как бы то ни было, но это уже его раб и надо с ним разбираться. Раб остался неподвижным, будто не слышал. Коррант взял его за плечо, странно твёрдое, слегка повернул к себе, вглядываясь.

— Рыжий? О аггел, Рыжий, ты?! Да очнись ты, наконец!

Коррант с силой тряхнул его и отпустил.

Медленно, как подрубленное дерево, Рыжий рухнул к его ногам. И Коррант закричал, зовя на помощь единственного в этом мире человека, которому доверял всегда и во всём.

— Нянька!

* * *