Граф тяжело вздохнул.
— Я знаю, что нужно делать, — сказал граф. — Положись на меня.
* * *
— Зес, я один не справлюсь! — воскликнул граф.
— Анри, я тебя всегда поддерживал. Но ты забыл, что мы дали вассальные клятвы Талию. Это накладывает на нас обязательства перед ним.
— А я что ли спорю? — спросил Анри. — Но ты не будешь отрицать, что Фец могли узнать тайну Ярара?
Ля Фисто знал на какую точку следует надавить, чтобы убедить египтянина. И это подействовало.
— Я пойду с тобой, — согласно кивнул Зес, и выдержав небольшую паузу, дополнил: — но только если на эти действия даст добро Талий.
Граф немного подумав, сказал.
— Хорошо, пошли к нему.
В доме, в котором остановился Талий, горел свет.
— Кого там принесло? — услышал Анри ворчание, прежде чем дверь очень резко открылась.
На входе стояли Талий и Эмери, одетые в тёмные одежды. Сомнений для чего на них был надет такой наряд ни у кого не возникло.
— Милорд? — удивившись произнёс Зес.
— Быстро заходите! — пропустил их внутрь Талий. — У вас что-то срочное? — спросил он.
— Глава, — обратился к нему Анри, — я думаю мы здесь затем же, зачем и вы!
— Да? — удивленно спросила Эмери. — И что мы по-вашему собрались делать?
— Сохранить тайны НАШЕГО рода, — ответил граф.
Чета Тьер переглянулась.
— Надеюсь вы не додумались взять Ярара с собой? — сердитым тоном спросил Талий.
— Нет, милорд, — ответил Зес. — Но он знает, что мы собираемся решить эту проблему.
— И зачем вы здесь? — спросила Эмери.
— Получить разрешение, — ответил граф.
— Твоя идея прийти к нам? — посмотрел он на Зеса. Тот неохотно кивнул. — Хорошо, я запомню это, — сказал Талий.
У дома, в котором жили Фец, Талий остановил всех.
— Работаем тихо!
— Что насчёт их слуг? — спросил Зес.
— Никто не должен выжить. Наверняка за Фец приставлено наблюдение. — высказал свои мысли граф.
Приближаясь к дому Талий увидел тень в окне. Он сразу понял, что тихо не получится. Из дверей первым выскочил Жак Ка Фец. Словно он ждал их прихода.
— Талий, ты осознаешь, что с вами будет если мы погибнем на ваших землях?
— Зря ты приехал сюда, Жак!
Галл успел поставить перед собой воздушный щит, но против Эмери у него не было шансов.
— Отец, — крикнул женский голос. И из дверей выбежала Анжелика, которая добежав до отца прищурила глаза и в их сторону полетела воздушная волна. Не было никаких слов и конструктов для создания заклинания. За доли секунд волна достигла Тьер и их сторонников. Раздался сильный удар и, когда снег немного осел, Анжелика увидела, что её атака провалилась. Вокруг нападавших был щит, в котором виднелись сполохи огня и вихри воздуха.
Анжелика стала подымать руки, но Зес атаковал быстрее. С двух рук он метнул два артефактных кинжала, которые попали в обоих Фец. Анри хотел похвалить друга, но увидев его лицо, решил промолчать. Ведь на нём отражались боль и жалость.
Не оглядываясь, в дом вошли Талий и Эмери. Их не было чуть больше пяти минут. И лишь изредка из дома слышался звон бьющейся посуды и чьи-то вскрики.
Зес остановился перед телами и смотрел на пустые глаза девочки.
— Что с тобой, друг мой? — спросил у него Анри.
— Я не думал, что будет так тяжело это сделать.
У графа на мгновение расширились глаза. Для него в новинку было видеть всегда непоколебимого Зеса в таком состоянии. Ведь граф считал, что тот, пройдя ужасы гражданской войны успел увидеть многое…
— Ты сделал то, что нужно. Сам понимаешь, либо мы их, либо они нас.
Зес с грустью в голосе произнёс.
— Только это меня и успокаивает.
Внезапно они оба обернулись, потому что за своими спинами они услышали какой-то шорох.
— Спокойно, — услышали они голос Михаила, — свои.
Из тени появился Михаил, с которым рядом шёл Серек. Подойдя ближе, Серек проверил пульс на телах. Убедившись, что они мертвы, он вынул оба кинжала, и прежде чем передать Зесу, внимательно их осмотрел.
— Хорошая работа! А в доме кто? — спросил он.
И словно отвечая на вопрос, в проходе появились Талий и Эмери.
— Во как?! — удивленно произнес Талий. Но быстро взяв себя в руки и решив не устраивать сейчас разборок, указал на тела.
— Заносите их в дом, — стал он раздавать указания. — Зес, ты идёшь с нами, остальные обыскивают дом, после чего поджигают его. Следов нашего присутствия остаться не должно.
— А вы куда? — спросил Серек.
— Спать, — и кивнув на Зеса, добавил. — Он, как и я, давно не был дома.
* * *
Утром меня разбудила Инесса. Она ворвалась в мою комнату вся в слезах.
— Ярар, — всхлипнув сказала она, — Анжелика и её отец погибли. Их дом сгорел сегодня ночью!
В моей голове зашевелились шестеренки. Вчера граф намекнул, что решит эту проблему. «Быстро же он,» — подумал я.
— Соболезную, — постарался проявить участие я.
Она уткнулась мне в плечо и начала плакать. Я начал гладить её по голове, но это привело к тому, что она ещё громче начала реветь. По крайней мере мне так показалось.
Я услышал, как кто-то стучит в дверь.
— Я не помешаю? — спросил граф.
— Заходи, — сказал я продолжая успокаивать Инессу.
— Нас вызывает к себе твой отец, — сообщил граф.
— Ты не знаешь по какому вопросу? — спросил я.
— Договор с гномами. Он хочет узнать о чём ты думал, подписывая его.
— Странно, — удивился я. — А ему не всё ли равно?
— Ммм, знаешь я бы не смог дать однозначный ответ на этот вопрос.
Спустя десять минут мне удалось собраться и по пути к отцу мы завели Инессу в дом к Ерби. Женщина легче успокоит другую женщину.
— Ты бы хоть одежду сменил! — проворчал я, когда мы продолжили путь.
— А что не так? — спросил граф.
— От тебя воняет костром.
— Ничего удивительного, ведь по легенде ночью я был занят тушением пожара.
— И как?
— Быстро. Твои родители были с нами. Когда всё было окончено, мы обыскали комнаты, в которых жили Фец.
— Нашли что-нибудь? — с напряжением в голосе спросил я.
— О твоём секрете нигде не говорилось, — сразу успокоил меня он. — Мы нашли зарисовки ритуала. Забрав все записи, мы подожгли дом.
Дальнейший путь мы прошли не разговаривая. И зайдя в дом я увидел, что нас уже ждали Талий и Эмери.
— Проходите, — сказал отец. — Начнём разговор с пассажирки, которую я вчера привёз. Как её состояние?
— Учитывая, что она пережила, вполне нормально. Её аура в пределах нормы, настолько насколько это вообще возможно.
По возвращению отец рассказал о том кто она и что с ней произошло. Во время лечения её ран я посмотрел на неё используя магическое зрение. Отличительных черт от человека я не обнаружил. Но, к сожалению, я был у неё всего один раз и возможно что-то просмотрел.
Талий, выслушав мой ответ, перешёл к вопросу, из-за которого вызвал меня. Если кратко пересказывать наш разговор, то получалось, что я ещё молод для того, чтобы заниматься такими ритуалами.
— Чем ты руководствовался, когда решил утаить от нас ритуал создания искусственных накопителей? — спросил он.
Я прямо ответил, что посчитал, что чем меньше людей об этом знают, тем лучше.
— Если и существует понятие темной магии, то это именно она и есть, — продолжал отвечать я.
— Замечательно! Поэтому ты собирался провести ритуал исцеления используя жертву?
Я задумался, ведь в чём-то отец был прав. Но мне казалось, что всё-таки есть разница! Ритуал был направлен на исцеление человека. И это я попытался донести до отца.
Отец ненадолго замолчал.
— А разве магические накопители не будут спасать жизни наших людей? Всё, что ты сказал, это две стороны одной монеты. И цель не всегда оправдывает средства!
— Я понимаю о чём ты пытаешься мне сказать. Но нельзя разделять эту ситуацию на черные и белые тона. Неужели ты будешь отрицать ценность этой информации для рода?
— Что ж, раз ты так ставишь вопрос, то я не буду спорить, что знания этого ритуала очень важны. Но кто дал тебе право скрывать это от нас? Или в свои двенадцать лет ты решил, что умнее всех? — Отец перевёл взгляд на Анри. — Это и Вас касается, граф! Я начинаю думать, что Вы плохо влияете на моего сына.
Граф дернулся, словно получил пощёчину. Ведь Талий говорил по делу и было сложно с ним спорить. Со стороны наше поведение именно так и можно было истолковать.
— Простите, милорд, — склонил голову Анри.
— Эмери также рассказала про ваши заслуги. Их я тоже не могу не замечать. К тому же я знаю, как можно эту ситуацию исправить.
— Милорд?! — произнёс граф, не понимая к чему он ведёт.
— Готовься к свадьбе! — ухмыляясь сказала Эмери. — Тебе пришлют артекарточки кандидаток. И их краткие характеристики.
— Это будет твоим наказанием и обучением, — продолжил отец. — Думаю, когда ты сам станешь отцом, поймёшь насколько твои действия выглядят дико для нас, — с улыбкой на лице сказал Талий.
Родители замолчали, ожидая от него ответной реакции. Всё-таки он был старше их обоих. И мне было видно, как они внимательно на него смотрели. Они ждали, как он среагирует, ведь они покусились на его свободу.
И граф на мой взгляд не подвёл. Он засмеялся.
— Склоняюсь пред вашей мудростью! Более оригинального наказания я придумать и сам бы не смог. И я подчинюсь, — сказал он. — Хотя я думал, что этот вопрос встанет передо мной позже…