— Я? — с удивлением произнёс Матвеев, заставив меня обернуться.

— Ты разбираешься в бухгалтерии, умеешь вести учёт продовольствия и, самое главное, — подмигнув одним глазом Столярову, — умеешь готовить вкусный кофе?

— Но… я рассчитывал…

— На другое? — перебив Матвеева сказал я.

— Да.

— Прояви себя, будет и другое. Но, пойми, у тебя не будет времени на раскачку. Вначале ты должен заслужить доверие, к тебе должны привыкнуть. Понять на что ты годишься и из чего сложен. Однако я тебя обрадую. Обучать фехтованию тебя начнут с завтрашнего дня, — после этих слов я развернулся и пошёл в дом.

На дворе уже была ночь. И я хотел быстрее снять с себя парадную одежду. К тому же мне ещё предстояло подписать с Матвеевым господский договор. Иначе я не могу быть уверенным в том, что тайны рода не уйдут на сторону.

Когда я вышел из своей комнаты, чуть не столкнулся с Ля Фисто.

— Ярар, у нас пополнение? — спросил он.

— В каком-тот плане да, — ответил я. — И время покажет ценное это пополнение или нет.

Он кивнул.

— Когда будешь подписывать договор?

— Как раз иду в кабинет. Столяров должен был уже всё подготовить, — ответил я.

Когда мы зашли в кабинет, Матвеев сидел в кресле и, пока Столяров его не пнул ногой, даже не подумал встать.

— Дааа, — протяжно произнёс граф, — намучаешься ты с ним.

— Анри, не нагнетай, — сказал я, после чего повернулся к Матвееву. — Всё прочёл? Есть вопросы?

— Вроде нет, — неуверенно произнёс он.

— Пока Вас не было, я постарался дать ответы на все вопросы, заданные господином магом, — с ехидством сказал Столяров.

Вероятно, Матвеев решил показать гонор перед моим управляющим. И судя по всему, Столяров поставил того на место. Меня позабавила эта ситуация, но спрашивать, что произошло у меня не было никакого желания. «Сами разберутся.» — подумал я. И взяв магический пергамент положил его перед собой на стол.

Быстро поставив подпись, передал перо Матвееву.

— У тебя ещё есть шанс передумать, — сказал я, видя, что трехстихийник медлит в нерешительности.

— Вы позаботитесь о моих родных? — спросил он.

— Завтра мы все вместе отправимся за ними. После чего заберем их с собой в земли Тьер. Пока летим ты расскажешь графу Ля Фисто всё, что говорил мне про Солженицына, — тот кивнул, после чего подписал договор.

— Что ж, — откинулся я на спинку кресла, — поздравляю тебя, теперь ты слуга рода Тьер. Как я уже говорил, легко не будет. Однако теперь тебе никто не смеет причинить вред. Иначе это будет расценено, как причинение вреда роду Тьер. Также, как и твои поступки. Стоит тебе совершить любой проступок, и он станет проступком рода.

— И лучше тебе самоубиться если это произойдёт, — добавил Анри, за что я кинул в него карандашом. — Ай! За что?

Проигнорировав вопрос друга, я посмотрел на Столярова и Матвеева.

— Толя, размести своего коллегу. Егор, завтра ранний подъем, как я уже говорил ранее, полетим забирать твоих родных.

— Полетим? — переспросил Матвеев.

— Управляющий тебе всё расскажет, — ответил я, указывая на Столярова. — И впредь не смей меня перебивать. Ты меня понял? — он кивнул, и я продолжил. — Анатолий, вели накрыть на стол и принести бутылку вина.

— Две, — поправил меня друг.

Я посмотрел на Анри и, пожав плечами, махнул рукой. После чего я отпустил обоих слуг.

Когда мы остались в кабинете с Анри, к нам через какое-то время присоединился Зес. Я кратко рассказал о событиях на балу, отдельно остановившись на теме Меньшиковой.

— Виктор расценит то, что ты бросил Светлану на балу, как оскорбление, — подумав сказал Зес.

Я отмахнулся.

— Пусть думает, что хочет. Но после того, что она творила с Щегловым, я не имел никакого желания ехать с ней в одной карете.

— Так и скажи, испугался, что она к тебе целоваться потянется! — произнёс Зес с каменным выражением лица и только в глазах были веселые смешинки.

— Я же тебе говорил! — посмотрев на Анри, воскликнул я. — Он умеет шутить! — показал я на Зеса.

— Ярар, это не может быть Зес, — продолжил шутку граф. — Это морф, принявший обличье нашего друга.

— Анри, я так тоже думал, но моё *зрение* не обманывает. Перед нами друг, который умеет очень пошло шутить!

Зес поднял руки признавая поражение.

— Всё-всё, сдаюсь. Я узнал, что вам накрывают в столовой и решил тоже присоединиться. Может пойдём пока там всё не остыло?

Уже когда мы сидели за столом, в столовую вошёл Столяров.

— Что случилось? — видя встревоженное лицо управляющего спросил я.

— К Вам прибыл Ва Меньшиков и просит принять его.

— Я же говорил, — делая глоток вина, произнёс Зес.

— Зови его сюда, — ответил я. — И вели принести столовые приборы для него.

Глава 3

Глава 3

Когда Серек узнал, что к нам прибыл гость, тоже спустился в столовую. И пока мы ждали Меньшикова, кратко ввели его в курс дела.

Имея предположение почему Меньшиков заявился в столь поздний час и догадываясь в каком настроении тот может пребывать, Ля Фисто предложил, разыграть небольшой спектакль. И когда Меньшиков зашёл в столовую, мы встретили его смеясь, изображая, что не сразу его заметили.

— Анри, повтори ещё раз! — смеясь попросил я, показывая Меньшикову рукой на стул рядом с нами.

Вся эта постановка была быстро продумана, чтобы дезориентировать Меньшикова. Мне сразу бросилось в глаза его недовольство. И по лицу Меншикова можно было увидеть сколько усилий ему стоило, не начать скандал с порога.

— Да будто ты сам не помнишь сколько было выпито после сообщения о рождении маленького графа Фисто!

— Очень, очень много! — с легкой улыбкой произнёс Серек. Он перевёл взгляд на гостя, спросил. — Ва Меньшиков, чем обязаны в такой поздний час?

— Серек, хорош прикидываться. Я знаю, что все события, происходящие в вашем роду, быстро доходят остальных.

— Я даже спорить не стану. Однако, я не понимаю, чем Вы недовольны? — спросил дед.

— Ваш внук бросил мою сестру на балу!

— Да Вы что⁈ Быть этого не может! — изображая негодование воскликнул дед. — А Вы это узнали от своей сестры или слуг, что её сопровождали?

Меньшиков сузив взгляд, спросил.

— А какое это имеет значение?

— Может послушаем другую версию событий? — предложил Серек. И когда Меньшиков кивнул, он попросил: — Ярар, расскажи свою версию событий.

— Она исчезла из бального зала. Когда она не появились по прошествии целого часа, я попросил дуэнью проверить дамскую комнату, в которую отпрашивалась Светлана. Когда её там не обнаружили, я подумал, что она покинула бал, забыв об этом предупредить меня. Однако я уверяю Вас, светлейший князь, моё поведение было безукоризненно и ссор между нами не было. Поэтому я, негодуя из-за произошедшего, отправился домой.

Когда я замолчал, заговорил Серек.

— И теперь у нас вопрос к Вам, светлейший князь. Где же была Ваша сестра всё это время? А главное с кем?

— И поверьте, — решил добавить я, — она не удосужилась взять свою служанку в то место, где пряталась от меня.

Меньшиков дураком не был.

— На что Вы намекаете? — с раздражением в голосе спросил он.

— Ваше сиятельство, мы говорим прямо! Ваша сестра повела себя непозволительно грубо! — твердым голосом ответил Серек.

Меньшиков приехал получать объяснения, но всё перевернулось и теперь оправданий ожидали от него. И, как мне показалось, это выбило его из колеи.

— Я поговорю со Светланой и узнаю где она задержалась. Однако Вы видели, что прислуга ещё на балу, так почему не остались, чтобы продолжить её поиски? Вдруг ей угрожала опасность?

— Прислуга тоже не знала где она находится, — ответил я. — И о какой опасности может идти речь на территории Академии магии? Тогда напрашивается логичный вопрос, почему ректор отсутствовал на балу?

Серек снова меня поддержал, заваливая Меньшикова неудобными вопросами со своей стороны. На секунду я взглянул на Зеса и Анри, они внимательно нас слушали, но в разговор высокородных не вмешивались.

— Виктор, разве час отсутствия неизвестно где теперь называется задержкой? Да?

— Серек, говори прямо, я не собираюсь выслушивать твои скользкие инсинуации.

— Что ж, — произнёс дед, — тогда я тебе прямо говорю, если Светлана до свадьбы лишится, — сделал он паузу, — целомудренности, мы разорвём помолвку.

— Ты на что это намекаешь? — повысил голос Меньшиков. — К тому же почему Ваш внук не придерживается тех же правил?

— Кхах, — Серек откашлялся и продолжил, чеканя каждое слово. — Витя, а ты ничего не перепутал? С каких пор девушки стали приравниваться к мужчинам?

Меньшиков прикусив губу, произнёс.

— Прошу прощения. Я не это хотел сказать, — после чего он замолчал.

Некоторое время в комнате было тихо. Когда в дверь постучались и в ней появился Столяров, на нём скрестились взгляды всех собравшихся в столовой.

— Кхм, — не ожидавший такого внимания к своей персоне произнёс Анатолий. — Господин, к Вам прибыл граф Солженицын со свитой.

Я недоуменно обвёл всех взглядом, и пожав плечами велел пригласить его к нам.

— Не знал, что у Вас с Солженицыным такие хорошие взаимоотношения, — сказал Меньшиков.

— С чего Вы это взяли? — спросил я.

— Ну как же! Время подходит за полночь, а он приезжает к Вам вместе со своими друзьями, — начал объяснять Виктор.

— Он приехал ко мне не как к другу. Я даже удивлен, что он знает где я живу. Однако он то же самое может подумать и про Вас.

— Пусть так. Мы как никак скоро станем РООД-СТВЕЕН-НИКАМИ, — по слогам протяжно произнёс Меньшиков.