– Ну да. Семнадцатый век. Да, без инета и кондея, но лучше уж так, чем как профессор, в виде утренней закуски для крокодилов.

– Балабол, – фыркнула Соня.

– А ты что предлагаешь? – повернулся к ней Миша.

– Пока не знаю, – нехотя призналась девушка.

– Твое «пока» сильно обнадеживает, – хохотнул Миша и, поднявшись, вышел из комнаты.

Посмотрев ему вслед, Джеронимо что-то проворчал себе под нос и, поднявшись, отправился за парнем. После гибели профессора португалец начал относиться к Михаилу как к очередному старшему по званию. Как в армии. Убит старший – на его место становится старший по званию среди выживших. Понимая, что разговор не состоялся, Соня тоже поднялась и отправилась в свою спальню, попутно взъерошив брату волосы. Оставшись один, Алексей с грустью посмотрел вслед сестре и, тяжело вздохнув, еле слышно произнес, низко опустив голову:

– Прости, сестренка. Я же не знал, что так получится. Это была просто шутка. Я ее в книжке вычитал…

Бесшумно возникший рядом с ним слуга, почтительно поклонившись, шепеляво по-английски произнес:

– Госпожа приглашает Сына Луны для приватной беседы.

– Что? Куда? – с ходу включил дурака Леша.

– Следуйте за мной, господин, – бесстрастно поклонился слуга и, развернувшись, засеменил куда-то вглубь дома.

Понимая, что в данной ситуации от приглашения не отвертеться, Леша с мученическим вздохом зашагал следом за ним. Спустя пять минут он с интересом разглядывал очередную коллекцию картин, на которых были изображены различные батальные сцены с участием драконов, хищных гигантских птиц и рогатых узкоглазых воинов. От созерцания данных шедевров его отвлек тихий смех. Оглянувшись, Леша увидел чуть улыбающуюся Аи и, снова включив тумблер дурака, спросил:

– А где все остальные?

– Кто все?

– Ну, Соня, сестра моя, Миша, Джеронимо.

– Слушают музыку.

– Что делают?!

– Ты слышал. Расскажи мне свою историю, – улыбнулась Аи, усаживаясь в изящное резное кресло из бамбука.

– Че?

– Расскажи свою историю, Сын Луны, – настойчиво повторила старуха.

– Да я вообще-то не сын луны. Я сын бизнесмена. Но ничего так. Папе было бы приятно.

Аи снова улыбнулась в ответ.

– Да какая у меня история? У меня есть сестра. А у сестры есть свойство: на нее со страшной силой западают мужики. Красивая она у меня. Настоящая северная валькирия. И умная не по годам. Умеет красиво любому ответить. Поэтому мы попали в эту экспедицию. Миша – инвестор. И тоже запал на Соню. У него мечта была: поискать затонувшие клады, которые от пиратов остались. Я ей говорю: давай поедем. Круто же! Пиратское золото поискать. Не факт, что найдем. Да это и по фигу. Прокатимся на шару. А сам думаю: найду здесь приятную девчонку, пиратку по происхождению. Стройную, знойную. Добавлю в плей-лист. Ну и поехали. А потом попали сюда. Вот и нашел. И золото, и пиратку. И добавил, – вздохнул Леша, покосившись на старуху.

– Не спеши грустить. Иногда все может быть не так, как кажется на первый взгляд, – с хитрой усмешкой ответила Аи.

– А сокровища эти, из-за которых тут весь сыр-бор, враги эти, дьяволы морские, лорды всякие, – оно что, действительно есть?

– Есть, – твердо кивнул Аи. – В нем наша сила. И в нем причина всех бед. Золото привлекает врагов. Люди считают, что золото может принести им счастье. Но оно приносит только смерть.

– А Роджер, который без башни, без головы то есть, он знает, где оно хранится?

– Конечно. Он наш президент. Глава совета девяти. А что?

– Да так, ничего, – задумчиво качнул головой Леша. Но по его виду было понятно: парень явно что-то задумал.

– Над золотом Удайи висит проклятие.

– Проклятие?! Да ладно!

– Там, где хранится золото Удайи, на стене, написано древнее пиратское проклятие. Кто тронет наше золото без нашей на то воли, пройдет путь не длиннее ножа. – В этот момент взгляд Аи стал жестким, словно лезвие того самого ножа.

Впечатленный ее словами Леша невольно зябко передернул плечами. Перед его внутренним взором предстала картина пиратской сокровищницы. Огромная комната, набитая сундуками с золотыми монетами, и пирамида из золотых слитков, над которой на стене по-испански написано кровью древнее проклятие. Чуть улыбнувшись, Аи внезапно сменила тему. Взяв со стола маленький серебряный колокольчик, она позвонила, и все тот же слуга внес в комнату большой поднос, на котором было что-то непонятное, накрытое полотенцем.

– Прости, но я должна быть бдительна, как того требует завещание моих предков. Я должна убедиться, что ты действительно из рода Цинь Ши и воля твоя тверда.

Отбросив полотенце, она протянула парню на фарфоровой тарелке что-то, отдаленно напоминающее хот-дог. Быстро смолотив угощение, Леша вытер ладонью губы и, многозначительно усмехнувшись, сказал:

– Раз тут есть хот-доги, значит, и «Макдональдсы» есть. А значит, есть цивилизация. Я так и знал! А с Бланом как вы это сделали? И когда конец экскурсии? Вообще-то я бы еще один съел, – добавил Леша, кивая на тарелку.

– Воля твоя тверже камня. Это ты, Сын Луны. Молодой побег дерева Цинь Ши.

Удивленный таким громким титулом Леша недоуменно уставился на старуху. Но она не замечала его взглядов, словно погрузившись в собственные грезы. Чуть раскачиваясь и прикрыв глаза, она еле слышно шептала что-то себе под нос. И только пальцы привычно перебирали бусины янтарных четок. Где-то на грани слышимости Леша разобрал звуки странных инструментов, выводивших плавную медитативную музыку. Сам Алексей, будучи до мозга костей человеком двадцать первого века, предпочитал мелодии попроще. Вроде того, что громыхает в ночных клубах.

Вспомнив, как Аи сказала, что его друзья отправились слушать музыку, парень не выдержал и злорадно усмехнулся, представив, как вся троица клюет носами и выворачивает себе челюсти, зевая под это заунывное завывание. Пожалуй, только Джеронимо был способен слушать это с неподдельным интересом. Судя по его татуировкам и замашкам, для португальца такой релакс был не в новинку.

14

14

Немного придя в себя после переноса хрен знает куда и убийства профессора, Миша внимательно осмотрелся и понял, что для такого бизнесмена здесь просто непаханое поле. Побродив по местным забегаловкам, парень оценил уровень сервиса и выбора, после чего засучив рукава взялся за дело. Устраивать в пиратской столице роскошный ресторан было бессмысленно. Как в том анекдоте: Азия-с, не поймут-с. Но организовать толковый фастфуд можно было запросто.

Во всех местных кабаках подавали рыбу во всяческих видах, а вот с хорошо приготовленным мясом были проблемы. Нет, обжарить до состояния угля или слегка опалить на открытом огне кусок говядины или баранины местные повара были способны, но на большее их фантазии просто не хватало. Поэтому Миша и задумал организовать именно фастфуд. Прожаренная котлета, засунутая в кусок хлеба. Что может быть проще и в то же время доходнее? Особенно если вспомнить, что в фарш можно пускать любое мясо.

Нет, он не собирался скармливать пиратам тухлятину. Такие шутки в данной местности могли закончиться плачевно. Прирежут на хрен и фамилии не спросят. Но пускать в дело то, что невозможно было использовать в других блюдах, что называется, сам бог велел. Поэтому, прихватив с собой как проводника одного из китайцев, Миша отправился изучать рынок. Обойдя всех поставщиков мяса и присмотрев подходящее помещение, он закончил свой вояж у пекаря, договорившись с ним об изготовлении круглых хлебцев. Булочками это произведение кулинарии назвать было сложно.

Бывшая таверна, хозяин которой благополучно спился, пустовала уже давно, так что об аренде помещения пришлось договариваться с местной администрацией. Но тут Мише повезло. Благо Аи являлась членом совета девяти, и сопровождавший его китаец был ярким тому подтверждением. В общем, через два часа после входа в местную ратушу он получил на руки свернутый в рулон документ, в котором витиевато было написано, что он, Михаил, получает право аренды данного пустующего помещения.

Сама Аи к его инициативе отнеслась скептически, но несколько долларовых бумажек все-таки обменяла на местное железо. Полдюжины монет серебром и горсть меди – не бог весть какое богатство, но для начала этого должно было хватить. За те же медяшки, поторговавшись для вида, Миша нанял несколько инвалидов и пиратов, оказавшихся на мели, и, обозначив им фронт работ, занялся маркетингом. Как правильно привлечь внимание потенциального посетителя, он уже знал.

Основная масса пиратов была неграмотной, а значит, падкой на все новое и необычное. Набросав на чистой дощечке углем пару слоганов, Миша отправил китайца к толковому художнику, рисовавшему вывески, и занялся главным – поставкой спиртного. Как вскоре выяснилось, настоящий ямайский ром в Удайе был редкостью. Его привозили только в тех случаях, когда пиратам попадались купеческие корабли, груженные таким товаром. Хватало его ненадолго, и расходился ром обычно по друзьям и знакомым.

Капитаны, которым повезло захватить такой груз, сбывали его с большой выгодой владельцам таверн, с которыми дружили или у которых получали лучшую цену. В любом случае они оставались с прибылью. Как оказалось, делалось это не просто так. Вернувшись из удачного похода, пираты пускались во все тяжкие, быстро оставаясь без гроша в кармане. Но по договоренности с владельцами таверн, которые заполучили вожделенный товар, такие неудачники всегда могли получить у них кусок хлеба и кружку самогона, который здесь по привычке именовали ромом.