— Нет Кими, на тебя там кое-кто мечи точит.

— Так на тебя у безликих тоже зуб, ты их людей убил.

Я покачал головой:

— Кими, безликие своей смертью не умирают. Для них это всего лишь часть работы. Если на меня заказа нет, и я не охочусь за их организацией, им это неинтересно.

— А если они… ну ты понимаешь… — еле слышно протянула Кими.

Я снова покачал головой:

— Вряд ли. Ничего не указывает на то, что у них появился повод меня прикончить. Я даже не уверен, что у них до сих пор заказ висит. Времени сколько прошло. Так что ты ждёшь меня в зале у дверей или перед ним, а я постараюсь обернуться быстрее.

— Чак, послушай мастера, — внезапно сменила тему Кими.

Я напряг уши.

Вовремя.

— …вот и на этот раз наши ученики не посрамили честь школы. Не стану перечислять все случаи их отваги, когда они бесстрашно прорывались к выходам, прорубая путь через ряды чудовищ. Но не могу не выделить особый случай. Один из самых перспективных наших учеников защитил своих раненых товарищей, оказал помощь и прикрыл от злобных тварей, позволив проскользнуть перед надвигающимся туманом. А затем, попав в туман, вывел оттуда раненную ученицу. Даже не вывел, а вытащил, идти сама она не могла. Он не бросил её даже когда его спину начали рвать монстры. Я бы с радостью вознаградил его сам, свой властью, но в этом случае император решил сделать это самолично, через свой голос. Имперский исполнитель-глашатай высокой воли Балл Ло Болл сейчас объявит о решении императора.

Сухонький ничем не примечательный мужчина с хитроватым лицом вышел из-за спины великого мастера, развернул перед собой свиток и принялся читать:

— Волей императора Равийской империи, великого победителя севера и владыки всех земель центральной, южной, северной, западной, восточной, речной, болотной, дикой, горной, лесной, нижней и верхней Арды, а также приравненных к землям Арды территорий Этты, Маротты, Спящих долин и…

Дальше потянулись десятки строк перечислений титулов и достижений действующего императора. Эту «простыню» я знал наизусть, как и прочие ученики. Школьный мастер, отвечающий за этикет, вдалбливал в нас занудный список на каждом занятии. Это у него вроде ритуала.

Наконец стандартное словоблудие исчерпалось, и пошла самая соль:

— Ученик, называющий себя Чаком из семьи Норрис, милостью императора одаряется земельным участком в одном из трёх квартальных районов высокой столицы, на его выбор. Вот эти кварталы: Приимперский, Центральный-главный, Южнокрепостной. Будут рассмотрены любые участки, не принадлежащие семьям первого круга и не обещанные им. Если ученик Чак из семьи Норрис пожелает прирастить участок в этих землях, уже принадлежащий его семье, император распорядится, чтобы ему подобрали лучший вариант. Если…

Дальше пошла шелуха, самое главное я уже услышал.

Хитро. Весьма хитро. Земля в указанных кварталах — самая ценная недвижимость в Равийской империи. Народ шутит, что тамошний грунт можно продавать по весу чистого золота. Свободная продажа и покупка запрещены, потому как номинально владелец император, а все, кто там строятся — арендаторы с рискованными договорами, где передача права аренды допускается лишь через имперскую канцелярию. Значительная часть этих районов занята кланами первого круга — самыми влиятельными семьями Равы. Всё оставшееся удерживается теми, кто подсуетились ещё в те времена, когда не было таких сложностей.

Причём император своей властью в любой момент может отобрать землю у кого угодно. Как и передать кому угодно. В том случае если я сейчас укажу на участок, его мне передадут, пусть даже он сплошь застроен домами, принадлежащими (допустим) семье второго круга. Им, взамен, выдадут немалую компенсацию, но сами понимаете — это не покроет обиду после расставания с тем, что не имеет цены.

Наличие землевладения в таком месте — это показатель высочайшего статуса. И чем больше земли удалось хапнуть, тем выше статус. Если же площадь аренды едина, а не раздёргана клочками по всем кварталам, статус устремляется в космические высоты.

То есть оптимальный для меня вариант — прирастить императорскую награду к уже имеющемуся участку. Это прилично повысит значимость даже солидного семейного надела, коим там могут похвастать считанные семейства. Если же я поступлю иначе — такой поступок родные не поймут.

А тут так не принято, ведь фамильные интересы у аристократии на первом месте.

К тому же на анонима землю не оформят. Или на себя, или на кого-то из родных. Таким образом, как ни крути, выбрав участок, я одновременно назову себя. Точнее — выдам семейную принадлежность.

Очевидно, имперские аналитики зря зарплату получают. Ведь это кто-то из них проанализировал меня со всех сторон и пришёл к выводу, что я из клана первого круга. Или, как минимум, за моей роднёй числится землевладение в самом элитном месте империи.

То есть меня, формально, не заставляют покончить с анонимностью, а фактически без этого никак. По замыслу тех, кто придумали такую награду, моё нежелание себя назвать разобьётся о необходимость подчиниться интересам семьи. Вон как этот Балл Ло Болл разоряется. Заливается соловьём, прямо указывая, что после выбора места император лично вручит мне сертификат о владении.

Пустая бумажка, но правила есть правила. Если всё пройдёт так, как у них задумано, владыка Равы не попадёт в неудобное положение, выдавая награду непонятному анониму.

Да, изящно придумано, вот только они совершенно не представляют, с кем имеют дело.

Дорс, тоже что-то для себя прояснив, обернулся, махнул рукой, усмехнулся злорадно:

— Ну что, Чак, твоим нищим Гейбам, наконец, повезло. Теперь у них появится большой участок. Это хорошо, а то вашу землю сейчас можно носовым платком прикрыть.

Я улыбнулся в ответ по-доброму, улыбкой мудреца, решившего порадовать дурака.

И промолчал.

Никто не заставит меня выдать себя раньше времени.

И очень надеюсь, что это время ещё не пришло.

* * *

У дверей дома искусника пришлось замешкаться. Этот неугомонный параноик серьёзно изменил конфигурацию охранного контура и расставил новые ловушки. Слава ПОРЯДКУ, что я не позабыл использовать Пронзительный взор. Кхеллагру я, как бы, доверял, но мало ли что, он ведь явно не вполне адекватен, и безоглядно соваться на его личное «минное поле» — рискованная затея.

Искусник сегодня был в своём амплуа. Встретив, ни слова не сказал, сразу потащил меня в мрачные глубины своего непростого логова. В глубины — не оборот речи, я впервые оказался в его подвале. И, оценив мрачность обстановки, задал неизбежный вопрос:

— Господин Кхеллагр, а вы точно уверены, что в вашей семье лишь один палач?

— Ты о чём это, мальчик?

— Да так… Подвал у вас такой… интересный.

— Не морочь мне голову, мальчик. Лучше свою подставь.

— Простите, что подставить?

— Голого Некроса тебе в кошмарах, мальчик! Голову свою подставь, что же ещё!

Глядя, как ко мне подносят нехорошего вида штуковину, похожую на усеянный шипами каркас шлема, я обеспокоенно уточнил:

— Может не надо? Времени совсем нет, мне срочно в Лабиринт надо. А может и не только в Лабиринт.

— Много лишних слов, мальчик. Голову чуть наклони. Вот так…

— А что это вообще такое?

— Это… Это, мальчик, моё новое изобретение. Не знал, на ком его проверить, а тут ты подвернулся.

— Эй! Я вам не подопытное животное!

— Помолчи, мальчик. Ты ведь хочешь, чтобы я разобрался с проблемами твоего ПОРЯДКА? Вот и не дёргайся.

— Так я и не дёргаюсь, хотя надо бы. Я ведь как раз и забежал рассказать, что с ПОРЯДКОМ начал работать так, как вы посоветовали. Кое-что убрал, потом кое-что новое выучил.

— И как результаты?

— Ну… не скажу, что было приятно, но сознание я почти не терял. Мутило сильно, слабость и всё такое. Нормальное дело, когда несколько параметров поднимаешь. И ещё я, как бы, ощущал в себе что-то вроде барьера.

— Выражайся яснее мальчик: что за барьер?

— Не знаю, как это объяснить… Возникает странное ощущение, его не с чем сравнивать. Сначала почти незаметное, но чем больше прибавляешь в параметрах, тем сильнее начинает давить. Под конец я, как бы, чувствовал преграду в развитии. Как-то понимал, что если не останавливаться, если и дальше сливать трофеи, свалюсь серьёзно. Не знаю, насколько точно работает это ощущение, но пару раз пробовал чуть выше приподняться, когда оно меня «последний раз» предупреждало. Совсем по чуть-чуть. Раз вырубился на несколько минут, раз на грани удержался. Потом приходилось подолгу в себя приходить, целый день из-за этого потратил на параметры.

— Вот как? Интересно… интересно…

— Господин Кхеллагр, а нельзя ли как-нибудь ускорить развитие? Я уже убрал всё, что можно, остались лишь мелочи, толку от них не будет. То есть, места под новые параметры нет, а ведь мне много чего поднимать надо.

— Молодость-молодость… вечно вы куда-то торопитесь, никак не хотите понять, что жизнь только начинается, и спешить вам некуда… — безжалостно пристроив колючее подобие шлема на моей голове, искусник задумчиво протянул: — Есть, способ, есть… Но он так себе… не понравится… наверное…

— Вы сначала скажите, что за способ, а там я сам решу: понравится или нет.

— Мальчик, доводилось ли тебе открывать старый запыленный и ржавый замок? Такой, который не поддаётся ключу.

— Ну… чтобы совсем уж ржавый, не помню такое. А чтобы не сразу поддавался, да, бывало. А причём здесь замки?