— А что такого? — невинно хлопнула ресницами первая, — Все знают, что вы с ним лучшие друзья. Вечно вместе тренируетесь… А ещё говорят, что он тебя однажды спас от какого-то страшного проклятия!
— ЧТООО?!. — взревел Макс, окончательно выходя из образа аристократического соблазнителя, — ДА Я ЭТОГО…
Но прежде чем его гневная тирада достигла финальной точки, что-то странное привлекло внимание всей компании. С раскидистого дуба неподалёку от дорожки раздавалось тихое поскрипывание, словно кто-то качался на невидимых качелях.
— Эй, — прошептала одна из девиц, побледнев, — там… там что-то висит…
Макс прищурился, вглядываясь в густую листву, и в следующую секунду его колени едва не подогнулись от ужаса.
С нижней ветви дерева, вниз головой, свисало голое по пояс человеческое тело. Запястья и лодыжки были туго перевязаны чёрными кожаными ремнями, а всю спину, плечи и грудь покрывали тонкие красные полосы от ударов кнута. Но самым страшным было лицо — перевёрнутое, с блаженной улыбкой и остекленевшим взглядом.
Макс узнал его мгновенно.
— Тимур⁈ — выдавил он, отступая на шаг, — Тима?
Висящее тело медленно повернулось на скрипящем ремне. Тимур улыбнулся ещё шире, демонстрируя неестественно белые зубы.
— П-привет, Макс, — произнёс он странно растянутым голосом, словно говорил под водой, — Какая… встреча… Передай Борису… пусть никогда… НИКОГДА… — его глаза внезапно расширились, зрачки сузились до точек, — не трогает алхимика… иначе мы все… превратимся… в горшочки…
От Тимура исходил резкий запах антисептика, смешанный с чем-то сладковатым, напоминающим аромат экзотических цветов.
— Господин Кайлов… вы в порядке? — пискнула одна из девиц, прячась за плечом Макса.
— Может, его надо снять оттуда? — предложила вторая, прячась за вторым плечом.
— Госпожа сказала… три часа висеть… — радостно сообщил Тимур, раскачиваясь на ремне, — Для… лучшего кровообращения… в мозгу… — он хихикнул, и этот звук был настолько не похож на обычный смех надменного Кайлова, что у Макса волосы встали дыбом, — Она… переделала… меня… АБСОЛЮТНО… переделала…
— Г-госпожа? — прошептал Макс, чувствуя, как внутри что-то сжимается от ужаса.
— О да! — глаза Тимура закатились, показывая белки, — Госпожа… милая… строгая… у неё много… плёток… и она очень… ОЧЕНЬ… не любит, когда трогают… её… её… Господина…
Кончики пальцев Тимура начали странно подёргиваться, словно он перебирал невидимые струны.
— Рогов… беги… — внезапно произнёс Тимур совсем другим голосом, на миг становясь похожим на себя прежнего, — Беги, Она… смотрит на тебя прямо сейчас…
И тут Тимур начал хохотать — громко, надрывно, совершенно безумно. Его тело раскачивалось всё сильнее, а из-за перевёрнутого положения кровь прилила к лицу.
Что-то в этом зрелище окончательно сломало тонкий барьер мужественности в душе Макса Рогова. Он издал пронзительный визг, и рванул прочь по дорожке, сметая кусты и мелкие деревца.
Он утараканил в считанные секунды, словно за ним гнался демонический Семен Ветров с гигантской мухобойкой. За его спиной остались две ошеломлённые девицы и хохочущий, раскачивающийся на ремне Тимур Кайлов.
— Передай… Бориске-Барбариске… — крикнул Тимур вслед убегающему Рогову, — что скоро… его очередь… на процедуры… У Госпожи… ОСОБЫЙ… интерес… к роду Страховых!
Его хохот эхом разносился по всей академии, заставляя птиц взлетать с деревьев, а студентов в панике оглядываться по сторонам.
Девицы переглянулись и, не сговариваясь, рванули следом за Максом, визжа не хуже него.
— А вы куда⁈ — крикнул им вслед Тимур, продолжая раскачиваться, — Я только хотел спросить… не поможете ли… затянуть ремни? Они немного… ослабли…
Но девушек уже и след простыл. Тимур вздохнул, насколько это было возможно в его перевёрнутом положении, и философски заметил в пустоту:
— Никто не ценит… правильного… кровообращения… Госпожа будет… недовольна… если я свалюсь раньше времени…
Где-то вдалеке продолжали звучать затихающие вопли Макса Рогова. Ему ещё предстояло объяснить однокурсникам, почему он ворвался на лекцию с мокрыми штанами и воплем: «ОНА ИДЁТ ЗА НАМИ!»
* * *
Столовая Академии в обеденное время гудела как растревоженный улей, в который кто-то ради шутки бросил петарду и стакан энергетика. Привычный запах подгоревшей каши и тоски сменился чем-то совершенно невообразимым — ароматом свежей выпечки, пряностей и, кажется, даже трюфелей.
Мы с Кирой сидели за столиком в углу. Я тыкал вилкой в неопознанное блюдо на тарелке с таким выражением лица, будто оно в любой момент могло ожить и укусить меня за нос.
— Что это? — я задумчиво поковырял вилкой нечто коричневое и пористое, — Оно выглядит… съедобным? Это точно из нашей столовой? Пахнет вкусно…
— Конечно, — Кира улыбнулась, элегантно отрезая кусочек от своей порции, — Ты что, совсем не в курсе?
— В курсе чего? Я что-то пропустил? — я непонимающе уставился на неё, — Столовую купил какой-то миллиардер с кулинарным комплексом Наполеона?
Кира изумлённо покачала головой, её зелёные глаза расширились от удивления.
— Сеня, ты совсем заучился! Вчера полгорода на ушах стояло, мэр прятался в бункере, полиция носилась с мигалками как в последний день перед концом света, а ты ничего не заметил?
Я нервно улыбнулся, старательно изображая неведение:
— Э-э-э… был занят. Зубрил реакции. Соколов грозился на тесте спрашивать номера страниц по памяти.
В этот момент мимо нашего стола с восторженным улюлюканьем пронеслись двое студентов, бренчащие подносами. Они обсуждали меню так громко, будто пытались перекричать стадион.
— Ты пробовал эту индейку в апельсиновом соусе? — кричал один, — Клянусь Яйцами Первых Архимагов, я чуть не заплакал от счастья! Неужели повара наконец смогли перенастроить те молекулярные устройства?
— Да-да-да! — второй кивал с таким энтузиазмом, что его очки подпрыгивали на носу, — Только есть нюанс — я хотел взять картошку фри, а мне в руки буквально телепортировало пирожки с яйцами и луком! А Петрову, который вечно сидит на жесткой диете, система выдала двойную порцию шоколадного пудинга и записала на фитнес!
— Главное, что вкусно и много! Я неделю недоедал, а тут… БАБАХ! — он сделал жест, изображающий взрыв у своей головы.
Я чуть не подавился куском мяса.
«Сеня, это же ты устроил апгрейд оборудования!» — с энтузиазмом сообщила Алиса, материализуясь рядом, — «Ярослав был очень недоволен качеством еды для „молодых умов“».
«Я вообще не помню, чтобы мы заходили в столовую», — мысленно ответил я.
«О, это было ещё до посещения Страховых и губернатора», — беззаботно пояснила Алиса, — «Это когда к ректору заскочили».
«Блин, точно…»
— Земля вызывает Сеню! — Кира помахала рукой перед моим лицом, — Ты меня вообще слушаешь?
— Извини, задумался, — я виновато улыбнулся, — Так что вчера произошло? Инопланетное вторжение? Зомби-апокалипсис? Массовый флешмоб политиков, танцующих макарену?
Кира понизила голос до заговорщического шёпота. Наклонилась так близко, что я мог сосчитать веснушки на её носу:
— Вчера в городе появился какой-то странный человек в светящихся доспехах. Просто возникал из ниоткуда в разных частях города и… делал странные вещи.
— Какие странные вещи? — я старался, чтобы мой голос звучал заинтересованно, но не слишком напряжённо, — Плащ распахивал перед прохожими?
— Хуже!
— О боже…
— Он построил какую-то огромную башню в центре города! Прямо из-под земли выросла! — Кира жестикулировала с таким энтузиазмом, что чуть не опрокинула стакан с соком, — Башня сияет нереальными огнями, и вокруг неё все время кружат стаи птиц, как в дешевом фильме ужасов! Власти всё оцепили и никого не пускают. Говорят, что это просто «архитектурный эксперимент» и «часть городского благоустройства», — Кира фыркнула, — Ага, конечно! А я — королева эльфов Заоблачной Империи!
— Башню? — нахмурился я. Кира молча показала мне экран своего своего коммуникатора.