* * *
Я моргнул, видение пропало. Я снова был в столовой, а Кира смотрела на меня с вопросом в глаза.
— Вот это мощная вай-фай вышка, — одобрил я, — Это уже не 5G, и даже не 50G, а все 100500G…
— Пора сжечь, пока она всех не зомбировала… — Кира хмыкнула, но немного нервно. Коммуникатор убрала.
Я достал свой коммуникатор и открыл новостную ленту. Заголовки пестрили сенсационными сообщениями:
МИСТИЧЕСКИЙ ПРИШЕЛЕЦ ИЛИ ПРАВИТЕЛЬСТВЕННЫЙ ЭКСПЕРИМЕНТ? ВЛАСТИ МОЛЧАТ И ПРЯЧУТСЯ ПО ДОМАМ.
МИСТИЧЕСКИЙ ПРИШЕЛЕЦ ИЛИ ПРАВИТЕЛЬСТВЕННЫЙ ЭКСПЕРИМЕНТ? ВЛАСТИ МОЛЧАТ И ПРЯЧУТСЯ ПО ДОМАМ.
ГОРОДСКАЯ СВАЛКА ИСЧЕЗЛА ЗА ОДНУ НОЧЬ: МЭР ЗАЯВЛЯЕТ О «ПЛАНОВЫХ РАБОТАХ» И НАГРАЖДАЕТ СЕБЯ МЕДАЛЬЮ ЗА ЭКОЛОГИЮ.
ГОРОДСКАЯ СВАЛКА ИСЧЕЗЛА ЗА ОДНУ НОЧЬ: МЭР ЗАЯВЛЯЕТ О «ПЛАНОВЫХ РАБОТАХ» И НАГРАЖДАЕТ СЕБЯ МЕДАЛЬЮ ЗА ЭКОЛОГИЮ.
ФЕНОМЕН «ПОЮЩИХ ТУАЛЕТОВ»: МАССОВАЯ ГАЛЛЮЦИНАЦИЯ ИЛИ НОВАЯ РЕАЛЬНОСТЬ?
ФЕНОМЕН «ПОЮЩИХ ТУАЛЕТОВ»: МАССОВАЯ ГАЛЛЮЦИНАЦИЯ ИЛИ НОВАЯ РЕАЛЬНОСТЬ?
Но больше всего просмотров и комментариев собрала новость под заголовком:
Я — НОСОРОГ: ЭТО ЛУЧШЕЕ, ЧТО СЛУЧАЛОСЬ В МОЕЙ КАРЬЕРЕ.
Я — НОСОРОГ: ЭТО ЛУЧШЕЕ, ЧТО СЛУЧАЛОСЬ В МОЕЙ КАРЬЕРЕ.
Я открыл видео. На экране появился носорог… самый настоящий носорог с огромным рогом. В дизайнерских розовых плавках с блестками. Он лежал на специально укрепленном диване, который всё равно прогибался под его весом. Рядом с ним — ведущий с приклеенной профессиональной улыбкой. Хотя в его глазах читался такой неприкрытый ужас, словно он собирался прямо сейчас написать завещание и разослать его всем родственникам.
— … так что в жизни носорога есть свои неожиданные преимущества, — говорил носорог удивительно мелодичным голосом, абсолютно не сочетающимся с его грузной фигурой, — Например, мне больше не нужно тратить часы на грим! Я экономлю целое состояние на костюмах для фотосессий! Ни один папарацци теперь не путает меня с другими звёздами! И мой агент говорит, что в следующем месяце я снимаюсь в главной роли в новом фильме «Носорог в большом городе: рог судьбы»! Это будет революция в кинематографе!
Счётчик просмотров крутился как безумный: 37 миллионов и продолжал расти.
— … не передать словами, как я благодарен этому парню, — продолжал вещать носорог, — Он превратил меня в того, кем я являюсь на самом деле… в носорога!
— С ума сойти, — пробормотал я, переводя взгляд на Киру, — А что говорят власти?
— Что обычно они говорят? — она закатила глаза, — Мэр выступил с заявлением, что виной всему «геомагнитная буря необычайной интенсивности», «пятна на солнце» и «коллективное сонное расстройство». Но как носорога-то в чулане спрячешь? Он же прямо в эфире!
— А что ещё этот странный человек сделал? — спросил я, делая вид, что просто любопытствую.
— Ну, говорят, он появлялся в мэрии, и там сразу все застрявшие документы обработались за полчаса! Все коррупционные схемы самоуничтожились, а взяточники получили стульчики с канцелярскими кнопками! Ещё был в полицейском управлении, и все преступления в городе раскрылись одновременно — компьютеры сами распечатали имена виновных! О!.. И ещё говорят, он был на совещании у Губернатора и графа Страхова! — Кира оживилась ещё больше, подскакивая на стуле, — Представляешь, после этого визита никто в особняке не отвечает на звонки, будто все в коматозе! А сегодня утром видели Тимура Кайлова…
Она вдруг замолчала, нервно оглядываясь по сторонам. Словно боялась, что имя Кайлова может призвать его, как демона из легенд.
— Что с Кайловым? — спросил я, хотя прекрасно знал ответ.
— Его нашли привязанным к дереву возле главного корпуса, причем вверх тормашками, как летучую мышь! — прошептала она, наклонившись ещё ближе. Я почувствовал запах её шампуня (клубника и мята, очень мило), — Говорят, он был весь в каких-то странных отметинах, похожих на следы от кнута или плётки, и… не совсем в себе. Всё время крутился и бормотал о какой-то Госпоже, словно под гипнозом. И умолял всех студентов передать Страхову, чтобы тот никогда больше не приближался к…
— К кому? — я напрягся так, что рискнул сломать себе позвоночник (благо, у меня был укрепленный вурмовый).
— Кажется… к какому-то алхимику, — Кира внимательно посмотрела мне в глаза, — Сеня, ты точно ничего не знаешь об этом?
В этот момент в новостной ленте я заметил ещё одно видео. Сумасшедший мужик с всклокоченными волосами и выпученными глазами давал интервью:
— Я клянусь, он говорил со мной! Этот писсуар! Я стоял и… ну, вы понимаете… а он вдруг говорит: «Слабоват напор, товарищ… Пейте больше воды! Я насчитал семь признаков обезвоживания в вашей мочевыделительной системе!» Я чуть со страху не умер! А потом он еще добавил: «И, кстати, ваша простата требует немедленного внимания — запишитесь к урологу!» Теперь я пью по три литра воды в день! Простите, мне надо идти, я опаздываю на прием к… э-э-э… врачу…
«Алиса, мы были в общественном туалете?» — мысленно спросил я.
«Нет», — ответила она, — «но Ярослав был очень обеспокоен состоянием сантехники в городе. Кажется, говорил что-то о „недопустимости антисанитарии“ и „вопиющем пренебрежении гигиеной“…»
— Понятия не имею, Кира. Может этот фрик в доспехах до Кайлова добрался? — я нервно усмехнулся, отложив коммуникатор, — Мне кажется, журналисты как всегда раздувают из мухи слона. Какой-то Одаренный фокусник-террорист устроил представление, а они уже сенсацию сделали.
Кира вздохнула:
— Большинство людей так и думает… Но всё-таки странно, что одновременно произошло столько необычных вещей. И эта башня! Она словно сделана из материала, которого не существует!
В этот момент в столовой вдруг стало тише, чем в библиотеке в час ночи. Студенты начали оборачиваться к входу, словно по команде. Как в дешёвом фильме ужасов, где все одновременно замечают появление монстра.
Екатерина Васильевна Морозова вошла в помещение с таким видом, будто плыла по подиуму. Она как обычно приковала к себе все взгляды — и не только мужские. Даже столовые приборы, казалось, повернулись в её сторону, как стрелка компаса на север. Один из студентов так засмотрелся, что вылил себе на колени горячий суп и даже не заметил этого.
«Удивительно, как меняется человек, когда снимает латексный костюм и надевает строгий пиджак», — задумчиво произнесла Алиса, — «Хотя строгость у нее, похоже, константа».
Морозова неторопливо оглядела зал и, заметив нас, направилась прямиком к нашему столику, цокая каблуками по кафельному полу.
— Здравствуйте, молодые люди, — произнесла она своим глубоким, бархатным голосом. От его звуков у парней за соседним столиком синхронно задрожали вилки в руках, — Не возражаете, если я присоединюсь?
— Конечно, тётя Катя, — Кира подвинулась, освобождая место.
Морозова грациозно опустилась на стул. Она выглядела безупречно как всегда: строгий тёмно-синий костюм, идеальная причёска, минимум макияжа, подчёркивающий её естественную красоту. Только внимательный наблюдатель мог заметить лёгкие тени под глазами и едва уловимое напряжение в уголках губ.
— Как ваш день? — спросила она, изящным жестом поправляя прядь волос.
— Как раз обсуждали вчерашнего террориста, — ответила Кира, — Ты что-нибудь слышала об этом?
— А, эти… происшествия, — Морозова бросила на меня быстрый, изучающий взгляд. Я невозмутимо сунул в рот вилку с мясом, глядя на Ночную Госпожу честным взглядом политика с плаката, — Я только что была на экстренном совещании у ректора. Там такое творилось… словами не передать.
— И что же именно? — спросил я как можно более непринуждённо.
Морозова чуть наклонилась вперёд, понизив голос:
— Оказывается, этот… человек в сверкающих доспехах побывал и у нас в Академии. Прямо в кабинете ректора.
— Что⁈ — Кира едва не подпрыгнула на стуле, — И что он сделал? Маргарита Дмитриевна в порядке? Он же ее не… — она немного покраснела, — Не превратил в… во что-нибудь?
— С ректором сейчас все хорошо. По ее словам, пришелец полностью перестроил защитную систему Академии, оптимизировал расписание занятий, перенастроил пищевые молекулярные устройства и… — она сделала паузу, — отремонтировал все туалеты.
Я изобразил такое удивление, что чуть не вывихнул брови. Кажется, с туалетами у Ярослава был какой-то пунктик.
— И как отреагировала ректор? — осторожно спросил я, изо всех сил стараясь не рассмеяться.
Морозова пристально посмотрела мне в глаза, на что я ей мило улыбнулся.