— Странно, почему нет часовых? — тихо сказал Гоген.

— Они с другой стороны, — ответил Крылов. — Бронепоезд сейчас тронется. Отсюда не слышно, что говорят в вагоне, — добавил бывший лейтенант. Приоткрой дверь и послушай. Я встану в тамбуре.

Не успели они распределиться, как дверь открылась, и появился распаренный офицер. Эта была девушка. Гоген поздно это понял. Он получил удар пяткой между ног и тихо загнулся. Крылов повернулся, потому что девушка сказала по-русски, но с акцентом:

— Свинья.

Он едва успел нагнуться. Девушка ударила ногой и попала в дверь соседнего вагона.

Если она ударит еще раз, подумал Крылов, я уже больше не встану. Он схватил девушку за ногу, и она упала. Ее голова оказалась у ног Гогена. Но он все еще не мог помочь Крылову Алексею.

Девушка обхватила ногами голову Крылова. Он понял, что сейчас будет задушен. Алексей попытался освободиться, но это было просто невозможно. Ему хотелось позвать на помощь, но он не мог. Только хрипел и пытался руками развести ее ноги. Если бы не помог Гоген, пришлось бы бывшему лейтенанту попрощаться с жизнью. Художник превозмог боль внизу живота и ударил даму немецким автоматом по голове. Потом упал на нее, положил автомат ей на шею и начал душить.

Дама отпустила, наконец, Крылова. Ноги были ее главным рабочим инструментом. Прежде чем совсем отпустить Алексея она так стукнула его пяткой около уха, что он отключился. Теперь эта девушка смогла сесть Гогену на голову. Она изогнулась как колесо.

— Гретхен, — услышал Гоген едва различимый голос. Гретхен сидела у него спине, как ведьма. Она обвила его голову руками, и свернула бы ее, но генерал сказал:

— Возьми его живым. — Он смог сразу оценить ситуацию.

Гогена затащили в вагон. Через несколько секунд Гретхен появилась опять. Она увидела Крылова, но уже в последний раз. Автоматная очередь выпустила ей кишки. Крылов перестарался. Он разрядил всю обойму.

Алексей поскользнулся. Поэтому он нечаянно открыл дверь в вагон, а автомат еще не перезарядил. У Гретхен вывалились кишки, к стенам прилипли кусочки мяса, пол был залит кровью, как маслом. Но это спасло Крылову жизнь.

Генерал выстрелил два раза, и только потом понял, что противник лежит. Алексей лихорадочно пытался вставить новую обойму в немецкий автомат. Генерал выстрелил еще раз. Пуля попала в железный косяк и рикошетом отлетела в салон. Это был командный пункт всего поезда.

А обойма все не входила в паз автомата. Генерал сделал шаг вперед и опять прицелился в разведчика. На этот раз он бы точно убил Алексея. Но Гоген застонал и отвлек внимание командира поезда.