Я сделала еще один большой глоток дорогого настоя. На следующем накопителе были наши совместные снимки. Он ведь так любил меня когда-то. Или мне хотелось, чтобы он любил. Может, я это придумала, а на самом деле ничего не было?

После нашего знакомства в баре он нашел меня в сети, и мы тайно стали общаться. Он немного рассказывал о себе и своей угрюмой жизни в Третьем городе. Но больше слушал и узнавал меня. Для него все было важно, мои чувства, переживания, мое одиночество. Его внимание и слова залечивали мои ожоги одиночества, заполняли мою пустоту. Когда мы часами общались по ночам, я была так счастлива. Впервые кто-то обратил на меня внимание, впервые я почувствовала свою ценность, свою значимость. Отец никогда не давал мне этого, только отмахивался от меня, словно я капля дождя на стекле его капсулы. До него я была чужой для этого мира, а с ним весь мир стал мне родным.

Через несколько месяцев я вновь спустилась на поверхность, и он отвел меня на руины. Мы целовались у костра, спрятанные среди разрушенных домов, словно всегда будем вместе, что бы нас ни окружало. Он окутывал меня заботой, держал за руку, оберегал от ветра и крепко прижимал к себе, стоя у края расщелины.

Еще через несколько месяцев я помогла ему устроиться на службу к отцу. У меня были байты, и я подкупила одного из отцовских помощников. Тогда он получил доступ на Остров, но мы пытались скрывать наши отношения. В этом он был строг. Говорил, что заработает уважение отца и байты и мы сможем жить открыто и счастливо.

А я хотела жить открыто и счастливо. Я хотела быть с ним и создать свою семью.

Мы продолжали тайно встречаться еще год. Он все тверже стоял на Острове, познакомился с островитянами, предлагал свои идеи и строил планы. Я иногда спускалась к нему на поверхность. Он жил в крохотной квартире на девяносто восьмом этаже. И наши встречи казались такими романтичными, такими особенными. В тот год и я стала особенной для себя самой.

Когда же мы изменились? Никогда. Ни он, ни я не менялись. Просто мы не знали друг друга. Мы были абсолютно чужими, и каждый преследовал свои цели. Ирония только в том, что он своих добился, а я, даже не обретя желанного, потеряла все, что имела.

Наверное, в тот самый день, стоя на распутье выбора, мы просто разошлись в разные стороны. Хотя мне казалось, что я всегда шагала рядом с ним или за ним. А на самом деле – наши жизни шли параллельно.

Мне было девятнадцать, на дворе стоял пасмурный декабрь, но я не видела туч, не чувствовала промозглого ветра, который был на поверхности, не замечала моросящего дождя. Улыбка с самого утра светилась на моем лице. Я пораньше ушла с курсов и спустилась к нему, взяла с собой ужин из островного ресторана и его любимый десерт, который было не достать на поверхности. Пришла к нему в квартиру – он оформил на меня электронный ключ, чтобы я могла ждать его дома. Дома…