Забирается внутрь, находит управление, вводит пароль и выбирает автоматический режим. В горле стоит противный ком, который все не удается сглотнуть. Ева произносит хриплым голосом: «Третий город» – и нажимает запуск.

Дверь в гараж поднимается, капсула закрывается, ремень безопасности обхватывает Еву и прижимает к креслу. Литая из темного стекла капсула вытекает из гаража и устремляется по своему маршруту. Она мчится над зеленью Острова к заходящему солнцу, которое Ева боялась больше никогда не увидеть. Подлетает к обрыву и тонет в облаках, скользя к поверхности, как свободная, вырвавшаяся из плена туч капля дождя.

Месяц спустя

Ева идет по руинам недалеко от окраины Пятого города, вдыхает самый любимый запах свободы.

«Надеюсь, это чувство счастья от каждого вдоха не исчезнет слишком быстро», – думает она.

Периодически по ночам она все так же оказывается в том лесу или в погребе и пытается спастись. А иногда она стоит перед Марком и держит в руке окровавленный нож. Но в реальной жизни она на поверхности, где нет ни Марка, ни леса с ловушками, ни погреба. Здесь она живет. Ева никогда не забудет того, что произошло, никогда не станет прежней, никогда не будет гончей. Но это и к лучшему.

Когда Ева спустилась на поверхность, она знала, что без доказательств и подстраховки ее никто не услышит. Она пошла к знакомому гончему, выдав себя. Тот одолжил ей на время свой портал. Ева просмотрела накопители. На них была записана игра, с того момента, как они проснулись в лесу, и до последнего дня ее заточения. Она связалась с другими гончими и рассказала об утилизаторах. Большинство ничего не знали, а кто знал, промолчали. Они помогли ей найти Есю. Он был счастлив, что она выжила. Он сказал, что улетел, чтобы привести помощь, но они оба знали, что он струсил и бросил их тогда у расщелины. Ева его не винила, он хотел выжить и сделал свой выбор. Как и она.

Когда Еся выбрался к поселению, он сразу пошел в охрану. Но ему никто не поверил. Ведь в десятом туре «Александрии» участвовали совершенно другие игроки. Все решили, что он очередной сумасшедший или тот, кто хочет нажиться на игре.

Но двух одинаково сумасшедших не бывает. А теперь у них были еще и записи. Ева сделала копию и спрятала накопители на руинах, сказав Есе место. Времени не было, и поздно ночью Ева пошла в охрану и отдала им записи. Отрицать очевидное не было смысла. За организацию игры Глебу ничего не грозило. Как оказалось, все участники подписали согласие и по доброй воле рисковали жизнью, участвуя в новом формате пробной игры. Он никого не убивал и сам был среди участников. А вот то, что он украл Еву и удерживал ее в подвале, это уже было наказуемо.