– Там есть антикварный рынок всяких цифровых и человеческих штучек. Так ты с нами?

– Я…

В очках Элиаса Салех увидел свое отражение: маленький испуганный человечек.

Элиас протянул ему руку. Салех почувствовал теплоту его ладони.

– Я с вами.

– Хорошо, – без лишних эмоций сказал Элиас. Вместе они поднялись с циновки. – Скажи мне, – улыбаясь, продолжил Элиас. – Ты когда-нибудь видел слонов?

Улыбнувшись в ответ, Салех отрицательно помотал головой.

– Тогда, позволь, я покажу тебе слонов. Они будут тебе рады.

Вместе, взявшись за руки, мальчишки покинули хан и побрели вглубь Караван-сарая, где в грязи играло целое стадо слонов.

3. Вебстеры

3. Вебстеры

Зеленый Караван-сарай медленно пересекал Синай, жители пустыни не могли не заметить его движения. Великие ханы перестраивались и приспосабливались к любой местности, которую пересекали, и Салех привык к их ритмичным роботизированным движениям.

Ему снились звезды, видимые даже с песчаных дюн, великое русло Млечного Пути, мелькающие, словно светлячки, космические корабли и сиявшие прямо над головой жилые станции на околоземной орбите.

В своих снах Салех был там – парящий и свободный.

Он жаждал свободы.

Хотя и не понимал, что это такое.

Караванщики были людьми добрыми, но все же не такими, как его племя. Салех редко их понимал. Они научились жить в пустыне, но не были семьей, какой Салех знал их раньше, не были связаны кровными узами. Тут жили люди с разных концов земли, с окраин других миров и даже с Дрейфа. Общались они в основном невербально, это был своего рода язык жестов – смешанный с сильбо[9], свистящим языком Ла Гомеры, пиджин. Салех говорил на нем запинаясь, с трудом подбирая нужные слова и интонацию.

Салех не был одним из них. Каждый день уводил его все дальше от дома и от прежней жизни. Каждый день приближал его к какому-нибудь порту, где он мог бы без лишнего шума затеряться в толпе, к какому-нибудь рынку, где мог бы продать единственную ценную вещь, которая у него была. Каждый день он приближался к месту, где мог бы исполнить свои мечты, мог бы измениться.

Понимание, что однажды он покинет Караван-сарай, – вот что стояло между ним и другими. Он был всего лишь пассажиром. Караванщики относились к нему по-доброму, но отстраненно. Что привело каждого из них в Караван-сарай, Салех не знал. Они не делились своими секретами. «Как только ты пойдешь с нами, – сказал ему Элиас, – ты навсегда оставишь свою старую жизнь позади, словно она всего лишь воспоминание, вырванное и стертое из твоего разума. Ты никогда больше не заговоришь об этом».

Элиас стал его единственным другом. Он родился в караване и не знал другой жизни, кроме бесконечных странствий. Она была неразрывно связана с пунктами назначения: Каиром, Оманом и Неомом. Он родился в дороге и, как однажды весело сказал Салеху, умрет так же. В самом начале путешествия на них напала стая одичалых дронов. Ханы открыли ответный огонь, но одна из машин попала в пожилого следопыта и тот погиб. Все произошло так быстро, что никто не успел должным образом отреагировать. Караванщики оплакали потерю, а после оставили тело там, где оно лежало, и двинулись дальше, и лишь пустыня приютила умершего.

Салех тосковал по морю и мечтал о звездах. Он давно потерял чувство времени. День начинался рано: по пыли и песку тащились слоны, а похожие на змей роботы мелькали под ногами. Другие мальчишки играли на песке. Салех никогда не играл с ними, потому что он уже вырос. Он был последним в своем роду и мог бы стать караванщиком, если бы не начал испытывать отвращение к вади[10] и горам, к сухому ветру и одичалым машинам, а также к ощущению, что пустыня существовала задолго до появления людей и будет существовать, когда люди уйдут отсюда.

Он хотел бы побывать в долине Маринер! Вдохнуть запах горячих влажных деревьев, почувствовать капли дождя на лице. Он хотел попробовать малайские яблоки и посмотреть, как падают ледяные кометы.

Он хотел бы очутиться где угодно, только не там, где он был.

День сменял ночь, караван неспешно и извилисто двигался через пустыню, пока однажды они не набрели на безымянный и отсутствовавший на картах оазис, где и решили сделать короткий привал.

Слоны нежились в пресной воде. Дети с визгом бегали по лужам. Элиас и Салех сидели под деревом и ели финики.

– Сегодня денек будет что надо, – сказал Элиас.

– Откуда ты знаешь? – поинтересовался Салех.

Элиас улыбнулся.

– Скоро мы вновь будем у моря, – сказал он.

Салех кивнул. Он все еще чувствовал себя одиноко.

Кто-то свистнул. Звук повторился и усилился. Салех видел, как неподалеку осторожно двигались караульные.

– Вон, – поднял руку Элиас. Салех оглянулся. Высоко на склоне горы он увидел человека. Тот стоял и наблюдал за оазисом, а затем быстро исчез.

Снова раздался свист. Элиас подал знак караульщице, которая, покачав головой, просвистела что-то в ответ. Элиас просигналил снова, более настойчиво. На этот раз последовал неохотный кивок.

– Пошли, – произнес Элиас.

– Куда? – спросил Салех.

– Ты задаешь много вопросов, – сказал Элиас. – Захвати-ка финики.

Салех пошел следом. Элиас надел свои гогглы и взял снаряжение. У него не было своей машины, но он мог воспользоваться теми, что принадлежали каравану.

– Я посол, – сказал Элиас, – и поэтому я пойду. А ты мой друг, так что ты тоже пойдешь.

– Да, я твой друг, – согласился Салех.

Элиас потянулся к полке с оружием, но остановился.

– Думаю, оружие лучше не брать, – сказал он. – Эти ребята могут и обидеться.

– Какие ребята? – спросил Салех.

– Вебстеры, – ответил Элиас.

– «Вебстеры»?

Салех не знал, кто такие вебстеры. Странное словечко. Не похоже на арабское.

– Отшельники, – подсказал Элиас. – Пошли.

Они отошли от Караван-сарая, и Салех понял, что ему и впрямь лучше. Ему было приятно находиться вдали от людей, с которыми за последние несколько недель приходилось делить каждую минуту, приятно просто побыть одному, почувствовать вкус свободы. Всего лишь передышка, но в то же время и напоминание. Все изменилось. Путешествия кончились.

За оазисом тянулась пустыня. Мальчики шли по сухим вади. С обеих сторон возвышались утесы. Салех понимал: за ними наблюдают. Он услышал долетевший издалека жуткий вой. И тут же ему ответили сотни других.

Шакалы. Здесь, на Синайском полуострове, они, скорее, напоминали волков. Их крики эхом разносились по вади. Элиас шел быстро, но уверенно. Салех восхищался своим другом. Элиас помнил, кто он и где его место. Салех же больше не знал, кто он такой. Он везде был чужим.

Дойдя до конца вади, они увидели шакала. Он стоял, с любопытством рассматривая гостей.

– Мы к вебстеру, – сказал ему Элиас.

– Он… у себя, – ответил шакал.

Салех никогда раньше не слышал, чтобы шакал разговаривал. Он и не знал, что они могут это делать. Зверь уставился на него своими большими блестящими глазами.

– Чего… тебе? – спросил он.

– Ничего, – пробормотал Салех.

Шакал начал спускаться по склону. Мальчики двинулись за ним.

Внизу, в небольшой долине, стоял дом, вокруг которого возвышался белый забор из штакетника. За забором рос островок травы, орошаемый системами капельного полива. На красной черепичной крыше виднелся дымоход, а на белой двери большими черными буквами было написано: «Вебстер».

Салех подумал, что это странно – наткнуться на такой дом посреди пустыни. Когда они подошли ближе, дверь открылась и вышел маленький, сутулый человечек. Он стоял на пороге и моргая смотрел на них.

– Ближе не подходите, – сказал он. – Пожалуйста.

Его голос звучал пронзительно и высоко.

– Гости, – сказал шакал.

– Понял я, – ответил вебстер.

Появились другие шакалы. Они уселись на песок и стали смотреть на мальчиков.

– Мы с караваном, – сказал Элиас.

– Я знаю, – сказал вебстер. – Я тебя видел. – Он указал на Салеха. – Этот с тобой?

– Он бедуин, – сказал Элиас. – Путешествует с нами.

– Из какого ты племени? – спросил Вебстер.

– Абу-Ала. Мы из Аль-Тирабина, – ответил Салех.

– Абу-Ала? – переспросил вебстер. – Я имел дело с вашим племенем раньше. Вы с Призрачного побережья?

– Да, – удивленно ответил Салех. Этот мужчина выглядел странным. – Как вы тут живете?

– Прошу прощения?

– Как вы тут живете?

Вебстер пожал плечами:

– Мне мало что нужно, – сказал он. – Я использую солнечную энергию и атмосферные генераторы воды, чтобы получать все, что могу, из пустыни. Мои друзья шакалы бродят повсюду. У нас есть еда. А что еще будет нужно – со временем принесет ветер.

– Караваны, – подсказал Салех.

– Верно.

– Вам здесь нравится? – спросил Салех.

– Нравится? – Вебстер выглядел удивленным. – Я как-то не думал об этом. Общество людей мне чуждо. В моем доме есть все необходимое. Здесь спокойно. Я не желаю долго с вами говорить. Это крайне неприятно. Вы пришли с товарами?

– Да, – сказал Элиас.

– Хорошо, хорошо. – Вебстер взволнованно переступил с ноги на ногу. – Мне многое удалось откопать в здешних краях. Византийский горшок, полностью целый, за исключением ручки. Три римские монеты, одна золотая. Яйцевидный эмбриотех Сидорова – неактивный, но работающий.

– Эмбрио… что? – спросил Салех.

– Старая советская технология, – подсказал Элиас. – Для колонизации Марса. Теоретически эмбриотех может построить из окружающей ее материи все что угодно. Создать автономные места обитания. Его высаживали на планету, и, как только он вылуплялся, вы просто поселялись внутри. Я не знал, что кто-то пытался использовать их здесь.