Над прудом разнёсся громкий смех в два голоса.
— Ты мне соврал. Снова. Это не вся правда, — полицейская заглянула индусу в лицо.
— Ты мне тоже. Но давай сделаем вид, что поверили друг другу?
В небе чертили трассы самолёты, а на земле творилась сказка.
Три недели спустя…
Три недели спустя…— Джа, привет, ты мне нужен! В этот раз всё безопасно! Очень простое дело. Отвези меня на встречу, потом отвези до дома. Кстати, крутая квартира!
По шикарной кухне, заваленной немытой посудой, гулял тёплый морской ветер, он выносил в окно густое облако травяного дыма.
— ААААААААА! Срань господня! Ты откуда тут взялся⁈
Джа подскочил с дивана и с перекошенным лицом уставился на князя. На индусе были растянутые трикотажные штаны и майка. Его гость, напротив, был обряжен в обтягивающий чёрный костюм, слегка запачканный в пыли.
— Залез по стене. Тут невысоко.
— Десятый этаж? А в дверь постучать?
— Я стучал. Ты не открывал.
— Да, князь, в этом весь смысл! Я хочу запереть дверь, расслабиться, видишь какой телек? Я сейчас по нему хотел включить порнуху и подрочить! И никуда я не поеду, я треть унции скурил. Какой из меня помощник?
На журнальном столике перед телевизором стоял бонг в форме божка и лежала большая коробка с кусками жирной рыбы на рисовых шариках.
— Самый лучший на свете. Держи. Через десять минут будешь трезвый.
Волод достал из кармана ингалятор и кинул Индусу. Тот его не поймал, и баллончик угодил ему в грудь, а потом упал на ногу, прямо на пальцы. Джа с матюгами запрыгал на одной ноге, но потерял равновесие и грохнулся на пол.
— Я заплачу. Щедро. Ты меня знаешь.
— Да засунь свои деньги себе… — таксист посмотрел в лицо гостя и поперхнулся словами. — В сейф засунь. Тут таксистов больше пяти тысяч.
— А тех, у кого машина с двигателем от вертолёта?
Волод уселся на барный стул за кухонным островом и сложил руки на груди.
— Так в этом всё дело? Держи, Фатима будет рада. Научи её ругаться на русском, она будет счастлива! И разгони до двух сотен, наркоманка железная…
Джасвиндер поднялся с пола, достал из кармана штанов ключи и кинул князю.
— Джа… Не буду врать, мне нужна твоя удача.
— Так дело же простое. На встречу, а потом до дома. Или опять стрелять будут?
— Да почему сразу «стрелять»? Дело действительно простое. А вот на душе у меня неспокойно. И лучше иметь за спиной друга, чем постороннего человека или слугу.
— Ага, как под пули лезть, так сразу «друга»! Первый раз я тебя увидел — в меня стреляли из гранатомёта. Второй раз мы встретились — удирали от угашенного супермена на пенсии! Третий раз — и мне пришлось принимать участие в жертвоприношении и общаться с человеком, который видел лично всех президентов США! Четвёртая наша встреча — я дрался на ринге с Халком, и мне сломали пятьдесят восемь костей! Ты не думал, что именно по этой причине у тебя нет друзей?
— По какой? — Волод потемнел лицом, а в комнате резко похолодало.
— Они у тебя быстро заканчиваются!
Джа рухнул на диван и завернулся в плед.
— Денег дам.
— Спасибо, не надо. Видишь вот это всё? — Джа обвёл рукой комнату. — Это, короче, как её там — вершина моего потребления. Я кушаю вкусно, курю отборную шмаль, сплю весь день, телек… Да он больше моей кухни в прошлой квартире. А вот ещё приколюха…
Таксист поднялся на ноги, подошёл к холодильнику, достал высокий стеклянный бокал, засунул его в нишу двери холодильника и нажал на кнопку. В бокал посыпались кубики крупного льда. Он постучал по двери холодильника, дверь стала прозрачной. Дальше Джасвиндер вытащил оттуда оранжевую газировку и налил в бокал со льдом.
— А в острове горелка, мясо жарить. Во, вершина моих мечтаний. Ты князь, не обижайся, но я уже взял от жизни всё. Всё, что мне надо!
Джа приложился к бокалу.
— Женю!
Джа подавился и залил газировкой свою майку.
— Ты не думай, хорошая жена, от неё в жизни всяческая польза. Обстиран будешь, обласкан, опять же, рукоблудство забросишь. А если жена из семьи правильной — так ещё и высоко заберёшься. Наследие своим детям передашь.
— То-то я гляжу ты в свои годы не женат! Или ты от счастливого брака шашни с той полицейской крутишь?
Волод от этих слов сгорбился и поник.
— Вдовец я…
— А дети? Внуки наверняка есть? — продолжал допытываться индус.
— Ты думаешь, я своей волей, от счастливой жизни через океан поплыл?
Князь пристально посмотрел на Джасвиндера. Серые глаза отражали не вековой лёд, но пепел. Индус поспешно отвёл взгляд.
— Ладно, пойду я, неволить не стану.
Волод поднялся со стула и сделал шаг к окну.
— Постой ты… Вместе поедем. Отвезу я тебя, — Джасвиндер поспешно дохлебал газировку. — Где там твоя дрянь валялась…
— Только ты это, лучше в ванной вдыхай…
Час спустя бледный Джа с Володом на подземной парковке сидели в машине.
— Это что за пердёж Сотоны ты мне дал? Я чуть кишки не выблевал.
— Универсальный детокс. Полезная в хозяйстве вещь.
— Я слышал это слово — «детокс»! Но там был зелёный чай, веточки чиа и уголь в воде.
— Детокс — универсальная процедура, полезная каждому живому существу. Она заключается в выведении из организма патогенной фауны и токсичных субстанций… — весёлый женский голос на фоне приятной музыки заговорил из колонок.
— Фатима, хватит! Захлопнись, — рявкнул Джа.
Воцарилась тишина. Ровно на три секунды.
— Ты совсем охренел, малахольный? Друзей своих на помойке затыкать будешь!
— Ах ты, карга железная! Я тебе сейчас отрублю доступ к бортовой сети, Князь, дай мне отвёртку в бардачке…
— Поджарю, сученыш!
— А ну тихо! — теперь уже рявкнул Волод так, что все резко замолчали. — Фатима, нам надо в Barney’s New York, мы едем за покупками!
— Волод, на 60-й Восточной нет оружейных магазинов. Там шмотками торгуют.
— Всё верно, мы едем за вещами!
— Фатима, ты что-то понимаешь?
— Князь Владимир ухаживает за тобой, как мужчина за красивой соской. Тебе сейчас купят какие-то вещички. А потом повезут…
— ФАТИМА! — теперь в машине рявкнуло два голоса сразу.
Машина завелась и поехала с парковки, вообще без попыток Джасвиндера управлять транспортом.
— Так зачем нам за вещами?
— Костюмированная вечеринка. Нет ничего более безликого, чем вещи из магазинов. Мне нужно быть инкогнито.
— Я хотя бы не должен в эту вечеринку лезть?
В голосе индуса прозвучала слабая надежда.
— Нет, но нарядить тебя нужно. Желательно как можно импозантнее.
— Волод, ты, конечно, клёво придумал, но ты общаешься словно из исторического кино! Людей с таким акцентом в Нью-Йорке полно, а вот с таким словарным запасом вообще не бывает!
— Ты не понял, Джасвиндер, наша цель — не стать незаметными, нас должны видеть, главное в том, чтобы никто не понял что именно он видит. Мы спрячем свою тень в другой тени. Мы едем на шопинг, Джа!
— Веришь, нет, первый раз в жизни такого стремаюсь… Фатима, отдай руль!
— А волшебное слово?
— Ёжики в сметане!
— Скучные вы…
Машина загудела как-то иначе.
— Bhagwan, tera shukriya yaar!
— Ты угомонил железную леди? — Волод прокашлялся.
— Не, какой там, просто так переключается на режим подчинения!
— А ты — потный коротышка-дрочер! Что, зассал, когда я умнее тебя стала, низшая ступень эволюции?
— На речь тоже хотел, но не успел толком, — в голосе Джа звучали извинения. — Заткнись, глупая женщина!
Воцарилась тишина.
— Оригинальный способ заставить молчать искусственный интеллект, — заговорил князь, когда стало ясно, что машина на самом деле больше ничего не сказала.
— Ага, это мой батюшка так заставляет молчать всех женщин в доме.
— И как, успешно?
— По его рассказам, когда-то работало. Но на моей памяти уже не особо. Женщины мало того, что не молчат, потом сговариваются и бьют его.
Волод хмыкнул и уставился в окно. Нью-Йорк сверкал и блистал в солнечном свете. Дома становились всё выше, нагретый кирпич стен смотрелся на фоне голубого неба нарисованным. Люди на улицах куда-то спешили, стояли на месте, медленно брели по тротуарам, и голосили на десятках языков.
— Всё никак не привыкну… В моих краях таких вот странных людей уже бы побили дворники и сдали в богадельню.
Князь проводил взглядом толпу мужиков в разноцветных шубах, они уступили дорогу другим мужикам в шубах, но уже не цветных. Эти две группы разглядывали два десятка краснокожих индейцев, среди которых затесались латиносы.
— Тень в другой тени, да?
Джа покосился на столпотворение, которое так пристально разглядывал пассажир.
Князь вскинул брови, потом рассмеялся.
К торговому центру жёлтое такси приехало через час. Ещё полтора часа спустя Волод и Джасвиндер вернулись на парковку, в новой одежде.
— Верхний выгуливает своего нижнего! Ты бы ещё малахольному ошейник надел, для полного антуража! Кого хороним, ребятишки?
Фатима прокомментировала возвращение пассажиров. Волод в плотном тёмном костюме с закосом под армейский мундир, в тонких перчатках. Его белая борода превратилась в бородку, а волосы заплели в тонкие косички с яркими стразами на конце. Джасвиндер в длинном чёрном пиджаке, из-под которого виднелся ворот белоснежной сорочки и золотистый шарф. Смотрел на мир индус через чёрные очки-велосипеды с круглыми линзами. Штаны и ботинки на нём в цвет пиджака.
Мужчины держали в руках пакеты и бумажные лоточки с логотипом Старбакса.