- Знаю. Но Империя здесь ни при чем, просто в прошлом году был такой неурожай, что даже маги земли не справились. Решили за это убивать – кидались бы палками в небо или пинали бы дождь, когда он, наконец, пойдет. А не насаживали моих братьев на колья с криками, что картошка в погребе сгнила от темного колдовства. Но я их понимаю, Шаоме. Понимаю. Больше скажу, я их практически не виню.

- Люди в отчаянии, пожалейте их.

- Я жалею их, Шаоме. Ты даже не представляешь, насколько.

- Так, значит, не пошлете Алых Всадников?

Шаоме облегченно вздохнул. Улыбнулся. Конечно же, она понимает, какого решения ждет совесть Империи от своей названной дочки. Справедливой, понимающей, всегда старающейся обойтись малой кровью. Какое решение хочет принять она сама. Но Императрица не может чего-то хотеть. Она поступает так, как должно.

Констанс медленно повернулась к доктору.

- Я жалею людей, Исиф. Я понимаю их. Но я не могу позволить, чтобы в моей Империи безнаказанно лилась кровь ни в чем не повинных чародеев. В каком бы отчаянии проливающие ее ни были. И мне глубоко противно, что за глупость и жестокость одних уродов пострадают десятки невинных, но другого способа держать народ в узде пока еще не придумано. Если проявим мягкость, мятежи вспыхнут по всей Империи. Поэтому придется напомнить Ка-Бодару, что я не настолько милостива, как бы ему хотелось. Так что, конечно же, пошлю. Конечно же, пошлю.