Мальчику было восемь лет. Худой, улыбчивый и невероятно болтливый, с живыми умными глазами. В глубине которых плескалась печаль: мальчик рос в доме призрения.

Максимильен разглядел его не сразу. Вернее, сразу он разглядел не его, но судьба распорядилась иначе. А, все же разглядев, понял, что при должном обучении этот мальчишка далеко пойдет. Взять сиротку на поруки было выгодно со всех сторон: поднять свой имидж в глазах народа, унять тоску по скончавшейся жене, да и юноша с такими талантами на королевской службе не помешает. Кто же знал, что основной талант Эмиля - создавать проблемы ближнему своему.

А теперь его нет.

Я всегда любил его. Я никогда не говорил ему об этом. Я был с ним груб, мне было не до него, я сумел разглядеть в нем гениального пропагандиста, но не желал видеть человека, а теперь его нет. Я не смог его ни воспитать, ни сберечь.

Вот так, Максимильен де Лантор. Через месяц тебе пятьдесят, и у тебя ничего не осталось. Ты любил женщину, но ее забрала чахотка. У тебя был сын, но ты отрекся от него, и его убили. Ты всю жизнь посвятил служению королевству и сжиганию чернокнижников и на старости лет сам не понимаешь, на правильной ли был стороне.

Ты проиграл по всем фронтам, Максимильен де Лантор. Впору пойти и утопиться.