Светлый фон

Гребаный госпиталь.

Встал я легко - тело ныло, но не так, чтобы прямо смертельно. В носу побулькивало, но - снова, на смачную простуду не тянет. А еще я удивительно четко все помнил, и имел я два главных вопроса: во-первых, что с Аской, во-вторых, кто она такая. Судя по ясности мышления, мне опять накололи разной хрени, так что можно смело одеваться и идти за ответами.

В коридоре обнаружилась Кацураги - женщина сидела у соседней палаты и о чем-то общалась с Кадзи. Ооновец встал, кивнул мне и ушел, не сказав ни слова, а вот капитан похлопала по банкетке рядом с собой.

- Мне начинает надоедать вопрос: "Как самочувствие, Икари?".

- Мне тоже, капитан.

Мы помолчали. Мисато-сан вертела в руках какую-то тонкую папочку и разглядывала ее, а я молчал просто так.

- Макинами примотала к себе бомбу, - сказала Кацураги.

- Понятно.

"Но не интересно", - добавил я про себя. Спрашивать про Аску отчего-то было неприятно. Страшненько.

- Они использовали искателя, - произнес я. Просто, чтобы сказать. - Живая приманка. Первый случай, капитан. Иначе у Макинами бы не было шансов.

- Были. Это прототип солдата новой версии - полное отключение нервных контуров в бою.

Я пощипал кончик носа. Увлекательно так вспомнились рывки изрешеченного тела и тот факт, что она рванула с одной ногой на двойку блэйд раннеров - пусть и при поддержке хитрого плана. Видимо, мозги там тоже как-то хитро отключаются.

Хотя... Кто ее поймет, почему она вообще осталась одна нападать на нас? Может, чтобы создать суматоху и позволить Нагисе уйти, а может...

- Подпиши.

- Что это?

На шапке протянутых мне документов значилось что-то вроде: " geheime Reichssache", - а дальше я читать не стал - просто подмахнул. Раз по-немецки, значит что-то про Аску. А раз про Аску все так "совершенно секретно", то...

- Капитан, как она?

- Иди сам спроси. Аска сказала, что хочет сама все рассказать.

Ну что ж, сама - так сама. Я хотя бы один ответ получил - она относительно в порядке, может разговаривать. Над дверями палаты висели часы, и я притормозил.

- Капитан, а не поздно ли - почти час ночи?..