Даже и не знаю, что хуже – наивные наркоманские байки «гражданских», или преисполненные пафоса, героизма и мозговыносящего канцелярита писульки от работников внутренних органов.
Спас меня от помешательства радостный голос Рапиды:
– Кажется, нашла!
Глава 4. Такое вот кино...
Глава 4. Такое вот кино...
— Что там?
— А вот… Жалоба на регулярные пробки на трассе от одного и того же фермера. Видите ли, молоко не успевает из-за колонны развозить. Вот только нет там никакой трассы, и направление непопулярное. А если отфильтровать по району, то… что мы видим?
— Что?
– Ничего! Почти эталонный с точки зрения криминогенной обстановки регион — прямо хоть на стенку и в рамочку вешай. А местного участкового можно сразу к лику святых…
— Так вон же. Джип с моста в реку упал, внук в лесу потерялся, пьяная драка на свадьбе, ограбили почтальона, велосипед пропал.
— Угу. Обычная бытовуха, да еще и втрое реже, чем у тех же соседей. Причем, кое-что как раз попадает под пункт «приборы» шалят. И целая «колонна» каких-то мифических грузовиков! Что скажешь, похоже на нашу историю?
– А если по камерам посмотреть на эту колонну?
– Можно попробовать, там должно стоять несколько штук, вот только что-то подсказывает мне, что не будет никаких записей…
Она оказалась права. Доступа к записям с камер у Лавровой не было – не ее юрисдикция, но можно было посмотреть, есть ли такие вообще за нужное число, и послать запрос в отдел дорожной безопасности. По нашему подозрительному участку оказалось вообще пусто.
— Сейчас, погоди-ка…
Она взяла трубку служебного телефона и набрала чей-то номер.
– Не отвечает, — прокомментировала она многозначительные гудки, — То ли дома уже, то ли генерала по саунам катает. Ладно, а если так?
Девушка принялась набирать номер на смартфоне. На этот раз кто-то ответил на звонок.
– Сидоренко, привет. Не спишь еще? Да, Лаврова… Эх, узнал – не видать мне прибавки. А ты чего не на службе? В смысле, не с генеральской свитой? А-а-а… Понимаю. Зубки это да, это серьезно. Сколько твоей уже? Ого! Большая совсем…
Она умолкла, кивая и бросаясь редкими «да» и «сочувствую» в ответ.