– Да? С-сейчас-с-с все испорчу… т-то есть исправлю…
Колдун хлопнул в ладоши, и в комнате заметно похолодало, отчего соски красавицы отвердели и отчетливо проступили сквозь тонкую ткань платья без каких-либо ухищрений со стороны Мари.
Ее куклы у Баральги не оказалось, а актерский талант позволял девушке врать, обманывая простейшие заклинания и умения определения лжи (которыми, скорее всего, хозяин замка тоже пользовался) – очень полезный навык для жены дворянина! Поэтому, когда у Шардона не получалось составить убедительный или уклончивый двусмысленный ответ, в разговор вмешивалась она, отвлекая внимание барона и принимая огонь на себя. И это отлично работало!
– Вот и я о том же! Умный, крас-сивый, умелый колдун и пр-рекрасный любовник!
– Просто она тебя недостойна, милый, – баронесса накрыла руку гоблина своей ладонью, – Ты еще найдешь себе прекрасную, самую лучшую девушку!
– Какую еще девушку?
– Ну, вместо отвергнувшей тебя дочки вождя.
– А при чем здесь она? – удивленный Баральга аж протрезвел.
– Ну, ты же сам сказал: умный, красивый, искуссный любовник…
– Да! А этот мерзкий старикашка отказался сделать меня своим преемником!
– Вождь?
– Да при чем здесь вождь? Шаман! Я столько лет и сил отдал учебе. Приносил жертвы, заводил связи среди духов, осваивал магию подобия, а он…
– А он?
– Отказался уступить мне свое место! И помирать тоже отказался!
– Помирать?
– Сильный шаман, могучий колдун, – гоблин тяжело вздохнул и машинально осушил свой бокал, который Шардон тут же наполнил вином, – Яды его не берут, сонных духов он не боится, и через куклу его тоже не достать! Столько глины и иголок на него перевел…