Я кивнул.
– Знаю. А еще знаю, что для того, чтобы отдать команду моему НИ, тебе нужно получить к нему доступ. Но так как броня работает на подавление сигнала глобальной Сети Тау Мары, я вне твоей досягаемости. Ты ведь сам говорил – чистота эксперимента превыше всего. И я уже ее нарушил. Если бы ты мог что-то мне сделать, давно бы уже сделал.
– Вот здесь ты не прав, – покачал головой Очкарик. – Видишь ли, я могу ждать сколь угодно долго, пока сюда не придет новый корабль. И все равно добьюсь своего. Просто на это нужно будет потратить больше времени. А оно для меня – ничто. Единственное, что не дает мне тебя уничтожить – возможность закончить прямо сейчас.
Я промолчал. В броне я вниз не пролезу, а снять ее – местный ИИ сможет подключиться к моему интерфейсу, и вот тогда я точно сгорю. А если уж выбирать, как подыхать, лучше избежать самосожжения.
Осматривая пол, я убрал руку с консоли. Вернуться время есть. Побродив вокруг, разглядывая сваренные стыки, покачал головой – автоматика не допускала сбоев сварки, все плитки соединены слишком качественно, так что разницы, где их разрушать никакой.
Вернувшись к консоли, просунул пальцы между ребрами плиты и, собравшись с силами, дернул на себя, стараясь отодрать квадрат от остальных. Перед глазами потемнело от усердия, я зарычал от напряжения.
Жуткий скрежет ударил по ушам. Я устало опустился на колени. Одно крепление сдохло, осталось еще пять. Черт возьми, знал бы, что придется вручную сварку отрывать, качался бы как проклятый. Но нет – за меня же все может костюм!
С проклятьем вцепился в плиту и снова рванул. Вместе с моим криком по залу разлетелся новый режущий хрип металла. Осталось четыре.
– Ты решил провести последние минуты, демонтируя пол? – рассмеялся Очкарик.
– Не так, так иначе, – философски заметил ИИ, пожав плечами.