– Ты должен признать, это великолепно, – крикнула Каликста с небольшого воздушного суденышка под ее командованием, которое она окрестила «Паучихой».

– Ла-а-адно, – сварливо протянул Руза. – Это великолепно.

Они только что прошли через портал. Перед ними парила цитадель, но она сильно изменилась, поскольку больше не олицетворяла серафима. Они дружно обсудили, каким должно стать ее новое обличье, и предлагали разные варианты, но окончательное решение принял Лазло. Ему не нужно было ни с кем советоваться, но такой уж он человек. Так или иначе, он принял единственный очевидный выбор, и, кроме Рузы, никто не возражал.

– Дракон выглядел бы более великолепно, – бурчал он, не желая успокаиваться.

– Опять ты со своими драконами! – цокнула Цара. – Не волнуйся. Уверена, Лазло выделит тебе персонального дракона.

Каждый раз, когда звучало подобное заявление: «Уверена, Лазло выделит тебе персонального дракона», Тион думал, что уже привык к ним, но нет. С таким трудно свыкнуться. Масштабы силы Стрэнджа не поддавались осмыслению. Возможно, однажды наступит тот день, когда Тион перестанет удивляться факту, что кроткий младший библиотекарь, натыкавшийся на стены во время чтения, теперь владел гигантским, неприступным, межпространственным небесным кораблем, который мог контролировать силой мысли. Но не сегодня.

Руза интересовался вслух, как это будет работать – может ли управлять металлическими зверями кто-то еще, кроме Лазло; будут ли они повиноваться другим всадникам.

– В этом нет ничего забавного, если он будет как пони на ярмарке, которого просто водят по кругу за уздечку, – сказал он.

Тион с легкостью мог представить его маленьким мальчиком на пони. Посмотрев на воина, он увидел, каким ребенком был Руза и каким мужчиной стал – бойцом, шутником, другом, – и почувствовал теплоту, которую еще никогда ни к кому не испытывал. Это чувство – привязанность, и оно так пугало Тиона, что отдавалось в его коленях, кончиках пальцев и лице. Из-за этого он не знал, куда девать руки. Юноша стал обращать внимание на такие мелочи, как костяшки пальцев и ресницы, хотя никогда не зацикливал внимания на них у других людей. Порой ему приходилось отворачиваться и делать вид, что он думает о чем-то другом.

– Уверен, где-то там существуют настоящие драконы. Можешь подождать, пока он вылупится из яйца, а затем вырастить его в качестве своего верного скакуна.

Лицо Рузы просияло.

– Ты действительно так считаешь?

– В одном из сотни миров? – вздернул бровь Тион. – Было бы странно, не будь там драконов.

Сотни миров. Сотни миров, и они их увидят, поскольку покидают Зеру, и он, Тион Ниро, отправится с ними. Он никогда не вернется в Зосму, где королева носит украшение из его сплетенных золотых волос, и некое размытое очертание будущей жены ожидает его возвращения. Вместо этого Тион присоединится к компании богов и пиратов и их миссии, достойной стать легендой. Это даже не альтернативная версия его жизни. Он не возвращался назад во времени и не изменял каждый свой поступок, чтобы добраться до этого момента. Оказывается, иногда достаточно начать меняться прямо сейчас.