Единственное что она произносила постоянно, так это то, что я смогу сделать Уанитля счастливым, пусть и ненадолго. И сама смогу быть счастлива с ним.

Ну, вот и ладно! Моего согласия в принципе, вообще как бы не спрашивают.

С этими мыслями я и уснула.

А на следующий день застала Уанитля, ждущим меня на тренировке. Он стоял, прислонившись спиной к кедру, что рос на площадке, где я обычно разминалась. И ждал меня. Молча.

Зато в глазах целая буря чувств! И невысказанный вопрос, что явно не давал ему покоя. И такой измученный вид был у него вид, что я не стала изводить его дальше. Подошла почти в плотную и положила ладони на его такую широкую и крепкую грудь.

— Я согласна Уанитль! — улыбнулась я.

И тут же с принца слетела вся непоколебимость. Он схватил меня за талию и закружил по поляне.

— Отпусти, сумасшедший! Уронишь ведь!

Но Уанитль просто смеялся!

— Звездочка! Моя Звездочка! — кричал он.

Как еще весь гарнизон не собрался!

А потом отпустил и, взяв мое лицо в свои широкие ладони, произнес, глядя мне прямо в глаза:

— Ты никогда не пожалеешь о своем решении, Китлали! Я клянусь тебе!

— Я боюсь, что ты пожалеешь! — ответила я. — Ведь я не привыкла подчиняться, как ваши женщины.

— Глупая, Звездочка! Мне не нужна женщина, которая будет идти позади меня, мне нужна, та, что будет идти рядом. И это ты, Китлали, запомни.

— Тогда давай тренироваться! — попыталась оттолкнуть Уанитля от себя. Ведь даже не заметила, как оказалась прижата к дереву.

Но потренироваться нам не дали. Прибежавший гонец сообщил, что Монтесума срочно вызывает нас к себе.

— Что-то случилось? — спросила я своего жениха.

— Скорее всего прибыли жрецы. — ответил Уанитль. — Не переживай! Все будет хорошо! Ведь, я рядом.

И он оказался прав. К Монтесуме действительно прибыли жрецы из самого Теотиуакана. Для того, чтобы определить лучшее время для заключения брака наследного принца были вызваны лучшие провидцы и предсказатели Тональпоуалли***.

По их предсказаниям выходило, что лучший день для бракосочетания — седьмой день змеи, нового тринадцатого года кролика (8 февраля 1519 года). Так как сейчас заканчивался ноябрь, нам давалось два месяца на подготовку.

Предсказания жрецов напомнили мне о том, о чем я предпочитала не думать. Завоевание испанцев. Я как страус, пыталась засунуть голову в песок. Ведь не было же еще ничего! А времени действительно оказалось мало! Ничтожно мало!

Что же делать?

От вопроса отвлекли обычные дела, больница. Как же мне не хватало обычного березового дегтя. Здесь, где климат просто кишит различными паразитами, где раны очень долго не заживают, как никогда нужна была хотя бы обычная мазь Вишневского. Просто, все рецепты народной медицины ацтеков в этом вопросе, не выдерживали никакой критики. А вот мазь Вишневского, по себе знала, это что-то! А из чего она делается? Правильно, из дегтя. А деготь из чего? Из бересты! А вот растут ли в Америке березы? На этот вопрос я ответа не знала. А интернета в шестнадцатом веке еще не было.

— Слушай Коаксок, а у вас кто-нибудь ходил далеко на север?

— Не знаю, нужно у почтеков спросить, они часто ходят за товаром очень далеко.

Вот за что я люблю Коаксок, она никогда не спрашивает, а зачем тебе это нужно. Она просто и четко отвечает на вопрос, если может на него ответить.

— Спасибо Коаксок ты — чудо! Как ты думаешь, я смогу сбегать на рынок?

— Больных на сегодня уже не так много осталось, но сбежать у тебя не получится, тебя вон жених ждет. — кивнула она в окно.

Там и правда, прислонившись к забору стоял принц Уанитль.

— Я пойду? Ты одна справишься?

— Конечно, справлюсь, иди! Я же вижу, как тебе не сидится! И чего опять пришло в эту голову? — проворчала, для вида Коаксок.

— Ты меня ждешь? — спросила я Уанитля, выходя во двор.

— Тебя! — улыбнулись мне в ответ.

— А разве ты не с солдатами сегодня?

— Я хотел предложить тебе покататься на лодке.

— Тогда давай в сторону рынка, мне нужно кой-какие травы купить.

— Как угодно моей принцессе. — произнес он, помогая мне спустится в лодку.

— Уанитль, а что находиться там, далеко на севере? — спросила я, усаживаясь в лодку. Уанитль же встал у весла.

— Что именно тебя интересует, Звездочка?

— Какие народности живут на севере?

— Севернее нас живут племена моей матери Отоми, еще севернее Пима, еще севернее Апачи. Они не занимаются земледелием, а только охотой.

— А ты был когда-нибудь на севере?

— Нет! Зачем мне? — удивился Уанитль. — Я на родине матери Шальтокане и то был всего несколько раз в своей жизни.

— А можно найти человека, кто бы ходил далеко на север?

— Конечно можно, только я никак не пойму, чем тебя так заинтересовал Север?

— Мне нужно найти одно растение. Оно должно расти на севере. Это дерево, называется «береза». Из коры этого дерева можно получить лекарство, которое излечивает раны и язвы.

— А! — задумался принц. — А как выглядит это дерево?

— Оно очень приметное, у него белая кора с черными полосками. Его трудно не заметить.

— Нет! Такого дерева я точно не встречал. — ответил Уанитль. Но можно поспрашивать у почтеков, что торгуют шкурами. Только они ходят в длинные походы далеко на север.

— Поспрашиваем?

— Обязательно! Но ты же хотела набрать лекарственные травы.

— Сначала север, потом травы! — ответила я.

Базар встретил нас шумом и разнообразными запахами еды. Ведь мы подъехали со стороны воды, а здесь ближе всего были ряды с едой. Сначала шли рыбные ряды со свежей рыбой, которую тебе тут же могли запечь на костре или сварить из нее что-то вроде ухи. Где вместо пшена –амарант, а вместо картошки — хикама. Затем фруктов и овощей, а вот мясной ряд был не здесь, а ближе к загонам для животных. Но в любом из этих рядов были небольшие закусочные, где вам с удовольствием приготовят любое блюдо, в том числе и мясное.

От обилия еды у меня потекли слюнки. И, к моему стыду, заурчал живот. Посмотрела на Уанитля и, покраснев, опустила взгляд. Прикрыв живот ладонью.

— Почему не сказала, что голодна? — с нежностью глядя на меня, спросил принц

— Так я не знала, пока сюда не пришла. Просто я сегодня пообедать не успела. — ответила я.

— Пошли! — потянул меня мужчина в сторону одной из лавок.

— Давай просто возьмем тамале* и пойдем к почтекам, торгующим мехами. — попросила я.

— Китлали, мы нормально поедим, а потом пойдем. — включил Уанитль режим командира. — К тому же я тоже ужасно голоден. — смягчил он.

— Хорошо!

Еда на рынке оказалась не менее вкусной и разнообразной, чем во дворце. Съев один тамале (куриное мясо с овощами, завернутое сначала в кукурузный початок, а потом в тесто и сваренное на пару) с тортильей я уже была сыта. Но от нарезки сезонных фруктов отказаться просто не смогла.

Уанитль же взглядом голодного кота смотрел за тем, как я лакомлюсь переспевшей мамейей**. Она, и в самом деле, оказалась слегка переспевшей, но оттого не менее вкусной. Просто липкий сок стекал и, не зная как выкрутиться, я, по своей дурацкой детской привычке, облизывала пальцы.

— Ты тоже хочешь? — спросила я, увидев, как он на меня смотрит.

— Хочу! — сглотнул принц.

Выбрав кусочек получше, протянула Уанитлю. Он же, глядя мне в глаза, взял меня одной рукой за запястье, губами забрал у меня кусочек фрукта. А потом, так и не отпустив моей руки, по очереди слизал сок с моих пальцев.

Я не знала, куда себя деть! Это было… это было так жарко!

— Спасибо! Очень вкусно! — ответил он мне.

А я… я не знала, куда деть глаза от смущения! Еще никогда меня так явно не соблазняли. Но если скажу, что мне не нравилось, то совру. А врать себе я не привыкла!

С Уанитлем мне всегда было интересно. Он был по-своему разносторонне образованным мужчиной. Для своего времени, конечно. Умным, красивым. С ним было легко и приятно! Как с родным! А главное, не было того внутреннего запрета, что это не твое! Он был моим. Весь, со всеми своими потрохами!

— Ну что пойдем в меховой ряд? — прервал мои размышления жених, даже не подозревая, что именно сейчас я наконец-то определилась с правильностью своего решения.

А раз он мой, я должна сделать все! Все, что смогу, чтобы нас было будущее!

— Пошли! — улыбнулась я, глядя в шоколадные глаза моего будущего мужа.

Почтеком, что торговал мехами северных животных, оказался достопочтенный Амокстли. Я поинтересовалась у него, сам ли он ходит в походы за товаром или он просто перекупает товар.

— Обижаешь, принцесса! Я всегда хожу за товаром сам. Дохожу до земель племен Апачи, Навахо и Юта. Именно у них я вымениваю шкуры на ножи, украшения и зерно. К сожалению, Боги не дали мне ни одного сына! И мне не на кого оставить мое дело. Иначе ходил бы с сыном. А так семь дочерей от трех жен! Наверное, Боги прокляли меня!

— Но у Вас же наверняка есть зятья? — спросила я. — Подучите самого достойного.

— Был бы хоть один достойный! А так… Эх!

— Уважаемый Амокстли! — обратилась я, — А не встречали ли Вы с своих походах вот такое дерево? — показала я рисунок березы. — У него, вот видите, белый ствол с характерными черными черточками.

— От чего же не встречал? Встречал! Вот в землях племени Юта и растут такие деревья. Очень даже много. Они из них посуду делают. Искусная работа, я вам скажу.

— А далеко до земель этого племени?

— Месяца три — четыре пути. Только там зимой снег лежит, как у нас на вершине Попокатепетля.