Мне раньше не приходилось бывать в суде — к счастью, моя семья была вполне законопослушной — поэтому я не знала, чего ожидать, но всё же собралась с духом и поднялась по мраморным ступеням к парадному входу. Отворив тяжёлую дверь и проскользнув внутрь, я ощутила прохладу, исходившую от каменных стен. То, что нужно в жаркий летний день.

На первом этаже располагались приёмные судебных чиновников, поэтому здесь царила жуткая суматоха. Мне казалось, что посетители говорили разом, стремясь перекричать друг друга. От их воплей у меня заболели уши, и я поморщилась. Мимо пробежал королевский адвокат в алой мантии с гербом, за ним ещё один. Должно быть, спешили на заседание. Я же по-прежнему растерянно стояла у входа, не зная, куда податься.

Мне в голову вдруг пришла мысль: а не нужно ли было заранее записываться на встречу с городским судьёй? Он ведь занятой человек, и вряд ли принимает всех подряд. Да наверное, следовало договориться о встрече, но теперь уже было поздно.

Я представила лицо Люка Маккартура, когда он узнает, что я пригласила его в суд, а сама не документы ни принесла, ни к судье не записалась. Этот тип точно решит, что я какая-то деревенская дурочка.

— А сам-то павлин самовлюблённый, — пробубнила я вслух.

— Интересно, о ком речь? — Мужской голос, раздавшийся прямо над ухом, заставил меня подскочить. От испуга я ударила его обладателя корзинкой, осыпав пол дождём из семян и заставив бедного Смита вцепиться в края, чтобы не вывалиться наружу.

Когда страх отступил, я поняла, что передо мной стоял Люк Маккартур и смотрел на меня, как на умалишённую.

— Простите, пожалуйста, — пролепетала я. Корзинка была лёгкой и не нанесла ему никаких травм, а вот внешний вид Люка пострадал. В его светлых волосах застряли сухие колоски, на плечах лежали увядшие лепестки, и весь лавандовый костюм был усыпан семенами.

— Какой радушный приём, — проговорил Люк, брезгливо стряхивая с себя мусор.

Смит, лишившийся своего обеда, выпрыгнул из корзинки и принялся есть семена прямо с пола.

— Смит! — Я попыталась его одёрнуть, но мой фамильяр был слишком увлечён набиванием щёк. Я поняла, что стыдить его бесполезно, и переключила внимание на Люка.

— Давайте, я вас почищу, — предложила я и достала из корзинки платок, в который обычно заворачивала срезанные цветы.

— Этим вы меня только сильнее испачкаете, — скривился Люк, глядя на ткань в моих руках.

— Да он чистый! — заверила я.

— Может, по вашим меркам так и есть, а у меня несколько другие стандарты, — сказал он.

По его мнению, я замарашка какая-то, что ли⁈ Сжав кулаки от злости, я еле удержалась, чтобы не ударить Люка по лицу тем самым платком, который он признал недостаточно чистым.

— Не хотите, не надо, — процедила я и отвернулась. Мой взгляд тут же наткнулся на разгневанного судебного стража, который спешил к нам. Я съёжилась, понимая, что ничего хорошего ждать не стоило.

— В суде нельзя мусорить, мисс! — воскликнул он, — быстро приберите здесь всё! Чтобы ни одной соринки не осталось!

— Простите, — прошептала я и огляделась в поисках веника или какой-нибудь щётки, которой можно было бы собрать семена. Стоявший рядом Люк сначала посмотрел на меня, как на глупого ребёнка, а затем произнёс заклинание, и пол тут же стал чистым. Лишившийся своей добычи Смит тяжело вздохнул и по подолу моего платья вскарабкался обратно в корзинку.

— Можете не благодарить, но за сегодня я выручаю вас уже второй раз, — сказал он.

— А когда был первый? — удивилась я.

— Когда вы забыли записаться на встречу с городским судьёй, — сказал он и добавил, — идёмте, нехорошо опаздывать.

Своим высокомерием Люк Маккартур бесил меня до зубного скрежета, но сейчас мне ничего не оставалось, кроме как последовать за ним.

Люк так уверенно двигался по коридорам суда, что у меня закралось подозрение: а не успел ли он поговорить с судьёй до нашей встречи? Вдруг они уже всё решили, и моё приглашение — лишь пустая формальность?

Нет, не могло такого быть! Городской судья слыл честным человеком, к тому же Люк только недавно приехал в Колдсленд и пока был здесь чужаком, в отличие от меня.

Когда мы оказались в шикарно обставленной приёмной (красное дерево, кожанные диваны, хрусталь — прямо королевский дворец!), Люк сразу направился к секретарю.

— У меня назначена встреча с господином судьёй на шесть часов, — сообщил он.

Секретарь окинул его любопытным взглядом. Стильный дорогой костюм и уверенная манера держаться сразу подсказали, что перед ним стояла важная персона, с которой нужно быть повежливее.

— Разумеется. — На лице секретаря появилась заискивающая улыбка. — Проходите!

А на меня он даже не посмотрел, словно я была пустым местом. Вот она, разница между отношением к богатому столичному аристократу и к обычной девушке из не сильно знатной и не очень обеспеченной семьи!

Тем не менее, подойдя к двери в кабинет городского судьи, Люк вежливо отступил и открыл её для меня.

— После вас, — сказал он.

Я скривилась. От его показной галантности было тошно.

— Пытаетесь изобразить из себя джентльмена? — спросила я с издёвкой.

— Нет, просто боюсь снова получить корзинкой по голове, — парировал Люк.

Я закатила глаза, а затем первой переступила порог кабинета. Судья сидел за огромным столом напротив нас. Когда я вошла, он поднял взгляд и приветливо улыбнулся. Городской судья оказался седым полным мужчиной с шикарными усами, кончики которых забавно закручивались.

— Присаживайтесь, мисс, — вежливо предложил он, указав на кресла для посетителей.

Мгновение я помедлила, а затем заняла место по левую руку от судьи. Люк сел справа.

— Итак, насколько я понял, вы пришли сюда из-за какого-то имущественного спора? — уточнил он.

— На самом деле, никакого спора нет, всё предельно очевидно, — заявил Люк, — просто кое-кто решил проявить упрямство, и мне пришлось уступить.

Это был камень в мой огород. Вот же мерзкий тип! Но я не собиралась пасовать перед Люком, тем более, когда на кону была судьба бабушкиного сада.

— Как это мило с вашей стороны. — Я изобразила подобие улыбки. — Вот только, если бы вы не были обманщиком, мне не пришлось бы тратить время и приходить сюда.

Я видела, как напряглись мышцы на лице Люка, и довольно ухмыльнулась. Мне всё-таки удалось задеть его за живое.

— Для того, кто бросается такими серьёзными обвинениями, вы недостаточно подготовлены, — зло процедил Люк, — содержимое вашей корзинки только что валялось на полу, и я не заметил среди этого мусора документов на сад.

С каждым его словом я злилась всё сильнее.

— Не знала, что столичные пижоны любят разглядывать мусор, — бросила я.

Люк тоже потихоньку начал вскипать. Он уже собирался открыть рот, чтобы мне ответить, но судья заговорил раньше.

— Молодые люди, держите себя в руках! — попросил он, а затем усмехнулся, — что за мода у нынешней молодёжи устраивать брачные игры в кабинете судьи? Неужели в городе нельзя найти более романтичного места для ухаживаний?

— Прошу прощения? — ошарашенно переспросил Люк.

Я тоже не понимала, что судья имел в виду.

— Дело в том, что не далее как в начале зимы ко мне пришла ещё одна страстная пара и устроила тут нешуточные разборки, — с улыбкой рассказал судья, — но не прошло и нескольких месяцев, как они объявили о помолвке, и теперь живут душа в душу.

— Ну, это определённо не наш случай! — возмущённо заявил Люк.

— Точно! Чтобы я согласилась выйти за этого столичного франта⁈ Да никогда в жизни! — скривилась я.

Судья только покачал головой, продолжая улыбаться.

— Когда-то и я был молод и влюблён, — мечтательно проговорил он.

— Да не влюблены мы! — вскипела я, — просто хотим разобраться с правами на сад моей бабушки!

— И я как раз попросил мисс Дуглас показать мне и вам документы, которые бы подтверждали, что эта земля принадлежит её семье, — добавил Люк.

Судья, наконец, стал серьёзен, а моя злость сменилась паникой. Документов у меня не было. Как же выкрутиться из этой ситуации?

Люк и судья обратили взоры ко мне. Я нервно кусала губы, а затем решила сказать правду.

— Сад всегда принадлежал моей бабушке. Спросите кого угодно, любой вам это подтвердит! — воскликнула я, — а что касается документов… они у нас есть. В смысле, должны быть. Но моя бабушка уже очень стара, и не помнит, где они лежат. Наверное, дедушка их куда-то убрал, но он умер, и теперь мы не можем их найти.

Люк слушал мой лепет с выражением торжества на лице. Я же с мольбой смотрела на судью.

— Как я и говорил, всё очевидно, — хмыкнул Люк и откинулся на спинку кресла.

Судья нахмурился.

— Это плохо, мисс. Очень плохо, — сказал он, а затем обратился к Люку, — а вы можете представить документ с правом собственности на сад?

Мой противник словно только этого и ждал. Он с готовностью извлёк из дорогой кожаной папки бумагу и передал её судье. Тот стал внимательно изучать документ. Я надеялась, что судья сумеет найти какие-то неточности или что-нибудь в этом роде и признаёт бумагу недействительной, но этого не произошло. Он кивнул и вернул документ Люку.

— Выходит, что спорный сад принадлежит семье Маккартур, — заключил судья.

У меня болезненно сжалось сердце.

— Нет, это неправда! — в отчаянии воскликнула я, — послушайте, моя бабушка всю жизнь ухаживала за этим садом! Если бы она незаконно завладела чужой землёй, разве собственники не обратили бы на это внимание раньше⁈