— Хныга будет хорошо драться. Человеки увидят.

— И как скоро нам ждать нападения?

Гоблин встал в своей люльке и вытянул руку. Между его пальцами на мгновение сверкнули серебристые нити и пропали, но этого оказалось достаточно.

— Хныга видит, как солнце засыпает.

— Значит, вечером, — сделал выводы Мэт. — Ты уверен, что не ошибся?

— Хныга хороший жрец, — обиделся гоблин.

Дальнейший путь они проделали почти без происшествий. Лес уступил место густым зарослям кустарника и редким чахлым деревцам — верный признак близости болот. Ямки, оставляемые копытами скакунов в густом мху, быстро наполнялись водой, а комары тучами кружили вокруг путников.

На тропе расселась громадная жаба, преграждая путь. Гоблин дернул геоманта за ногу, привлекая его внимание.

— Эй, колдун. Твоя стоять.

Мэт остановил коня и посмотрел туда, куда указывал проводник.

— Проклятье! Хохотунцы!

— Чего? Где? — переспросил юноша.

— Вон, прямо на тропе сидит, на жабу похожий. Постарайся его не потревожить.

— Да? Это же просто жаба-переросток. Сейчас я его… — с этими словами Айвен вскинул руку.

— Нет! Он здесь не один! Если напугаешь их, тут такое начнется…

— И что они нам сделают?

— Засмеют, — коротко бросил маг, и голос его звучал более чем серьезно.

Жаба приоткрыла один глаз. Бросила быстрый взгляд на замерших людей и коротко хохотнула. Точнее, этот звук был похож на что-то среднее между всхлипом, бульканьем, кваканьем и смехом. Вот только был он такой громкий и противный, что Айвен едва не оглох. В ушах зазвенело, а перед глазами все поплыло.

— Это он еще тихий сейчас чего-то. А теперь представь, что целая стая вот таких «жаб» начнет хохотать в полный голос? — заметил Мэт.

— Хныга уберет хихикающих жаб, — заверил из гоблин и вытянул руки вперед.